Как я вляпался в кучу красоток

Его рабочее место, конечно, далеко не кузня гномов из какой-нибудь игры. Вместо мечей и щитов тут подковы, косы, вилы и прочий сельский инструмент. Топоры лежат не боевые, а для рубки деревьев. Но два захудалых кинжала мастер всё-таки повесил. Для статуса или для понта.

– Здорова, кузнец, – говорю ему. – Такое дело, требуются ножны для меча.

– Для того, что у тебя за спиной? – спросил ремесленник, плюнув себе под ноги.

– Ага. Нашёл в пещере, но нельзя же такую красоту в мешке таскать…

Я показал ему артефакт, однако в руки не дал.

Хватило мне Будяка в прошлой деревне. Надо быть начеку: тут каждый второй готов отобрать у меня красивое оружие, чтобы продать его подороже. Вот только никто из этих селян не знает истинной ценности моего меча.

– Хм, здоровенный… – сказал кузнец прищурившись. – Стандартные не подойдут, а чтоб новые делать, материалы понадобятся. И работа будет дорогая. Не по карману тебе…

– Сколько? – спрашиваю на свой страх и риск.

– Сто пятьдесят монет. Это за самые обычные ножны без вензелей всяких.

Могу вообще топорную работу сделать за сто тридцать, но чёт мне подсказывает, что у тебя и таких денег нет.

– М-да, нет… Дорого нынче быть героем…

– Хех, а ты прям герой? Хиловат что-то… За грабителя могил ещё сойдёшь, а на воина не похож, не обессудь. Лучше продай мне этот меч. Но сразу скажу, больше сотни не дам. Я тут сам не богач, простой деревенский коваль.

– Нет, продавать не планирую, – говорю, заворачивая клинок обратно в мешок. – Лучше поделись, есть ли в деревне работа для вольного мечника.

Чтобы на ножны заработать.

Он посмотрел на меня, как на шутника, и усмехнулся.

– Я, между прочим, в Малых Колосках банду гоблинов зарубил, – говорю ему. – А потом ещё тамошних бугаёв на место поставил, один против троих.

– Хрен с тобой, «герой». Иди к голове, он обычно таким занимается. Если заработаешь за раз больше ста монет, я тебе даже скидку сделаю!

– Я запомню, кузнец.

Подхожу к большому и красивому дому местного старосты, а оттуда как раз вышли Бертольд Бара и его помощник.

Усатый торговец меня не узнал. Прошёл мимо такой мрачный и погружённый в собственные мысли, даже взгляда в мою сторону не бросил. Что же его так расстроило? Хотя я уже знаю, что дела у дяденьки идут плохо. Давай, топай к своему фургону, мужик! Там твоя служанка продаёт получше тебя.

Поднимаюсь по ступенькам, и тут на крыльцо выходит толстый старик в красном зипуне. Такой лощёный, что сразу видно – голова деревни.