Ухабы судьбы (сборник)

 – Ты на кого, гад, руку поднял?!

– Не психуй, Сережа, – примирительно сказал Алексей.

– Напал на меня сзади! – продолжал свирепеть Апраксин.

– Я просто помешал тебе убить малолеток!

– Они хотели угнать мою машину!

– Это еще не повод для детоубийства! Пацанам от силы четырнадцать-пятнадцать лет, а с тачкой твоей драгоценной ничего не случилось!

– Мою машину! – будто в бреду, повторил Сергей.

Он поднялся, отряхнул прилипший к одежде снег, окинул Сорокина ненавидящим взглядом, уселся за руль и до отказа выжал газ.

Всю дорогу его колотил озноб. Апраксин скрипел зубами и безостановочно матерился. Сергей задыхался от злобы. В висках пульсировала кровь. Голова так набухла, что, казалось, вот-вот взорвется. Добравшись до дома, он припарковал машину у подъезда, зашел в квартиру, скинул одежду, проглотил лошадиную дозу снотворного и вскоре уснул.

В зеленоватом тумане вспыхивали фиолетовые искры. Видимость была плохая, но Сорокин почему-то точно знал, в каком направлении идти.

Постепенно туман начал редеть и наконец исчез вовсе. Алексей очутился на широкой поляне, окруженной густыми деревьями. Посредине, источая запах серы, чернел бездонный колодец. Из глубины его доносились приглушенные стоны, вопли и злорадный дьявольский хохот.

– Приветик! – хихикнул мерзкий голос, и, резко обернувшись, Сорокин увидел худощавую блондинку с невероятно злым лицом.

– Попрощайся со своим дружком, – проверещала она.

Только тут Алексей заметил, что блондинка ведет на поводке Апраксина.

Шею Сергея украшал бронзовый ошейник. Пустые, остекленевшие глаза бездумно таращились в никуда.

– Что ты с ним сделала, стерва? – закричал Сорокин.

Вместо ответа ведьма с силой толкнула Сергея к колодцу. Несколько мгновений он стоял, раскачиваясь на краю, затем с воплем полетел вниз.

Отвратительная дамочка громко захохотала.

– Теперь ты! – отсмеявшись, прошипела она, протягивая руки к Сорокину.

– Ну уж нет! – решительно возразил Алексей и размашисто перекрестился.

Блондинка яростно завизжала, послышался жуткий грохот, и видение исчезло…

Алексей открыл глаза. Он лежал у себя дома, в постели. За окном было еще темно. Настенные часы, имевшие скверную привычку отставать, показывали половину шестого. «Значит, уже около шести», – подумал Сорокин. Спать ему совершенно расхотелось. Стараясь не шуметь, Алексей прошел на кухню и заварил кофе.

Сон неспроста, дымя сигаретой и прихлебывая из чашки, размышлял он.