Ухабы судьбы (сборник)

Серега в огромной опасности! Только откуда она исходит? По всей вероятности, от так называемой целительницы! Именно после ее лечения Апраксина будто подменили. Сегодня же поеду в Троице-Сергиеву лавру к Кострову. Белая магия! Гм! Странная белизна. Нормальный парень за несколько дней превращается в зверя. Вчера чуть не убил мальчишек из-за пустяка!

Алексей допил кофе, затушил в пепельнице окурок, оделся и пошел на улицу возиться с капризничающей по случаю мороза машиной…

Апраксин в эту ночь также видел сны.

– Где мы? Куда идем? – беспрестанно спрашивал Сергей, но целительница в ответ лишь загадочно улыбалась. Неожиданно Римма исчезла. Апраксин остался один. Он почувствовал, как тело ощупывают клейкие невидимые нити.

– Ты наш… Ты наш… Ты наш… – шептал в уши вкрадчивый голос.

– А-а-а!!! – в испуге закричал Сергей.

– Угомонись, – сказал тяжелый бас, и перед Апраксиным появился его обладатель высокий широкоплечий человек с европейскими чертами лица, но черной, как сапожная вакса, кожей.

– К-кто вы?! – дрожа от страха, спросил Апраксин.

– Твой господин и покровитель, – немного помедлив, ответил темный со странной усмешкой. – Ты мне нравишься, паренек, и я, кажется, нашел тебе применение!

– К-какое?

– Увидишь! – Незнакомец растаял в воздухе. Дальше началось нечто невообразимое визг, шипение, улюлюканье.

Сергей проснулся в холодном поту и несколько минут лежал, тупо уставившись в потолок. Голова была абсолютно пуста. Ни единой мысли. Только через несколько минут Апраксин более-менее оклемался. «Узнаю, кто наслал порчу, убью!» – в который раз пообещал он себе…

Глава 6

Иван Андреевич Костров за прошедшие годы мало изменился внешне. Под монашеским одеянием по-прежнему угадывались мощные эластичные мышцы.

Не посчастливится тем сатанистам, которые вздумают напасть на него, подумал Сорокин, вспомнив о ритуальных убийствах паломников и монахов в Оптиной пустыни.

– Проблемы? – лаконично поинтересовался Костров.

– Да!

– Выкладывай.

Алексей начал свой рассказ.

По мере его рассказа лицо Кострова все более мрачнело.

– Плохи дела! – хмуро сказал он, выслушав до конца Сорокина. – Белая магия ловушка для дураков, да простит меня господь за бранное слово, – Костров перекрестился.