Реки времен. Гнездовье желаний

Долю секунды Кира смотрел в глаза матери, а затем зачем-то спросил:

– Обещаешь?

– Обещаю. – улыбнулась мать. – Ну все, поспеши. – сказала она, вручая ему в руки щит.

Спрятавшись за укрытие, Кира пробежал опасный проем и влез в открытый люк.

Место кучера было полностью защищено броней, и лишь впереди и по бокам имелись маленькие отверстия для обзора. Взяв поводья, Кира посмотрел вперед через окошко. Двое из пяти жеребцов отсутствовали. Похоже, их убили таким же гарпуном, каким снесли и дверь кастеллы, так как железные шесты, которые тянулись к хомуту, были погнуты, как будто лошадей резко вырвало с их мест.

Да и другие жеребцы были уже на пределе. В их броне виднелось множество застрявших болтов и ножей. Хромая и тяжело дыша, испуская кровавую пену, они продолжали нестись вперед.

Кира не стал их подгонять, и лишь чуть-чуть изменил направление, пустив коней к той части леса, которая была ближе всего. В этот же момент он увидел в боковых отверстиях фигуру Умбра Тан, которая, казалось, не спускала с него взгляда.

Подняв руку с поводьями на уровне глаз, разведчик положил на нее арбалет и стал прицеливаться. Но в последний момент его взгляд устремился куда-то назад, и в этот же миг в его лоб прилетел метательный нож. Падая он все же успел выстрелить, но болт улетел куда-то в небо.

Обернувшись назад, Кира увидел, что его мать уже выпрыгнула из кареты. Ненадолго вернувшись к поводьям, Кира снова выровнял коней. Но усидеть на месте так и не смог. Решив убедиться, что с матерью все в порядке, он поднялся на ноги и выглянул через верхний люк.

Быстро сориентировавшись, он увидел, как несколько горгон убегают в разные стороны, волоча за собой убитых разведчиков. Но его взгляд был прикован к матери. Вот ее уже окружили оставшиеся всадники. Убив еще одного, она увернулась от меча, и тут же в ее плечо вонзился метательный нож. Следом за ним в горло влетело два арбалетных болта.

– Нет… НЕТ! МАМА! – глаза Киры наполнились слезами.

Силуэты тут же стали размытыми, но он все же увидел, как последний удар снес голову Лейле Корво. – Мамочка…

Раздираемый горечью, он залез обратно. Кире хотелось сейчас же развернуть карету и помочь маме, но он понимал, что она уже мертва. Тихо плача, он начал подгонять коней. Слезы все продолжали течь, и он видел лишь смутные очертания леса. Что ему теперь делать?

Сзади опять стал разноситься рев горгон. Пискнув, Кира стал подгонять коней еще сильнее.