Тори

Однажды, когда эти люди приехали, я вышел на крыльцо, загородил проход в дом и сделал угрожающее лицо. Один из них удивленно попятился и пробормотал:

– О, черт! А он неплохо оберегает свое спокойствие!

– У Ронни, наверно, хлопот с ним. Норовистый малый.

– Эй, Ронни! Что это малыш у тебя сегодня, никак с цепи сорвался?!

– Даже не знаю что с ним. Никогда еще его таким не видел. Наверно, что-то не понравилось.

– Эй, малыш. Мы тебе чем-то не угодили?

Я утвердительно закивал головой.

– Хо! Чем же?!

Я указала на отца и сделала грустный вид.

– Я не совсем понял, но, по-моему, ему не нравится наше присутствие здесь вообще.

Я не мог объяснить свои чувства даже самому себе. Я чувствовала нечто плохое, нечто неуловимое, что несло в себе зло. Оно давило на голову и было похоже на предчувствие, если бы не вполне реальная боль в голове. Тогда я изо всех сил постарался своим сознанием подавить это чувство. И произошло нечто странное. Лица этих людей вдруг поморщились, один из них схватился за голову и осел на пол.

– Что это?! Отпусти сейчас же! Моя голова!..

Я поутихомирился, так как сразу понял причину столь бурных перемен в их поведении. Они вскочили на ноги и побежали к машине. К слову сказать, больше я их никогда не видела.

Отец внимательно посмотрел на меня, потом присел и заглянул мне в глаза.

– Они ведь плохие люди?

Я усиленно закивала головой.

– Ты не мог ошибиться? Как ты это понял?

Я указала на свою голову, потом на уши и на дорогу, куда они убежали.

– Ты хочешь сказать, что слышал их голову, их мысли?

Я пожал плечами, потом кивнул.

– А что именно ты услышал?

Я отрицательно мотнул головой, затем сделал самую страшную гримасу, которую мог себе представить, развел руки в виде когтей и низко зарычал. Отец коротко кивнул, погладил меня по голове и пошел наверх.

– Я так и думал! – сказал он, поднимаясь по лестнице.

Весь день он просидел на веранде. Вечером он спустился и сразу обратился ко мне с вопросом:

– Давно это?

Я показала, что в первый раз.

– Дело приобретает серьезный оборот. Значит они были правы. Однако, посмотрим, что еще может у тебя произойти.

Я пожал плечами и улыбнулся. Первый раз в жизни я почувствовал себя по-настоящему сильным. Уж теперь я заставлю их оставить нас в покое. Только отец становился все задумчивей и серьезней.

Глава 4

Тори исполнялось четыре года. Стояли свечи.