Цена ошибки

Сейчас и родственники появятся, и коллеги, найдем зацепочку, распутаем клубочек то, распутаем, – Арагонов затянулся, струя горького дыма ударила в гортань. Он несколько раз щелкнул нижней челюстью и три ровных колечка вылетели изо рта в сторону Игнатьева.

Официант поставил на стол закуски, наполнил две рюмки мутновато-жёлтой жидкостью и резким взмахом положил каждому из сидящих за столом белые тканевые салфетки на колени.

– Ну что, Федор Михайлович, будем знакомы, – Торжественно произнес Арагонов, поднимая рюмку.

– За знакомство! – Не менее торжественно ответил Игнатьев, поднимая в ответ свою. Они выпили залпом, оба поморщились и закусили, кто чем.

Официант время от времени подходил к столу наполнить рюмки, после подали на горячее утиное жаркое, которое гости смели с тарелок с невероятной скоростью, они разговаривали, иногда смеялись, видно было, что обоим их окружение было симпатично, это всегда видно, когда человеку симпатичен человек, не вызывает чувства скованности, ты как будто с ним с детства знаком.

Находятся темы для разговора, вы говорите на одном языке и на интересные для обоих темы, вы понимаете, что вас слушают и не торопятся перебить, чтобы ответить. Вы чувствуете себя в своей тарелке. Редкое явление.

За весь вечер в ресторане гостиницы “РОЯЛЪ” никто из подозрительных лиц так и не появился, пара постояльцев спустилась поужинать, две молодые пары отмечали какое-то событие, трое мужчин сидели в углу и пили коньяк, скорее всего приезжие.

Отужинав, они попросили счет у официанта, который тут же переадресовал этот вопрос на управляющего.

– Господа, все за счет заведения, – Тихо промолвил управляющий.

– Послушайте, уважаемый, неужели Вы думаете, что наши полицейские не могут оплатить ужин в ресторане? – Разозлился Арагонов.

– Что Вы? Никак не мог себе такое позволить, – Вытирая со лба испарину, ответил он, – Просто знак уважения и внимания, не примите за оскорбление.

– Держи деньги, сдачу оставишь себе, не забудь известить, если что-то разузнаешь, – Арагонов достал из бумажника несколько банкнот, положил их на стол и взяв под локоть слегка качающегося Игнатьева направился к выходу.

– Почему Вы не приняли любезность от него? – Осведомился Игнатьев.