Госпитальер и Призраки Льда

Но сейчас перед ним была грубая сила, противопоставить которой он не мог ничего.

– Я не буду уговаривать. Я тебя просто убью, – кореец, многообещающе улыбнувшись, провел мономолекулярным ножом по груди Гроссмейстера, и рубашка из биосинтетика, теплого и ласкового на ощупь, разлезлась. – Через горло пройдет еще лучше, – заверил он.

– Хи-хи-хи, – послышался радостный смех. Это латин, во время схватки с интересом следивший за происходившим, вновь расхохотался.

– И ты пойдешь со мной, – кинул ему Ким.

– Это весело. Хи-хи-хи, – всплеснул коротенькими ручками латин.

Кореец поднял лежащий рядом с увядшим тюльпаном с Агры невзрачный приорский браслет и положил его в карман. Потом взял бластер охранника и двинулся вперед. Он в подробностях знал план дома и отлично представлял, как его покинуть.

По мере удаления от «зала приемов» электроника работала все лучше.

Господин Ким вместе с заложниками преодолел прозрачный кольцевой коридор. Ощущение было такое, будто прошелся прямо по воздуху над приближавшейся, плотно покрытой зеленью твердью.

Пораженные энергоимпульсом гравиконденсаторы дома работали с перебоями, но все-таки работали, и дом мягко планировал на лесистые холмы, выбирая подходящее место для посадки.

Вот и гравитационный лифт. Двое человек и один инопланетник шагнули на его платформу, которая стремительно взмыла вверх, пронеслась мимо стоянки глайдеров на уступчатой крыше, сделала дугу и рухнула в темное чрево дома. На миг свет погас. А когда зажегся снова, платформа застыла перед анфиладой комнат с тяжелой старинной золоченой мебелью.

– Вперед, – кивнул господин Ким.

Справа спускалась узкая металлическая лестница, которая пульсировала, постоянно меняла форму, ступеньки затвердевали только под подошвами ботинок. Внизу она упиралась в глухую стену, в которой была дверь с витиеватой бронзовой ручкой.

Кореец потянул ручку, и дверь нехотя, со скрипом несмазанных петель, отворилась. За ней плавно изгибалась широкая сиреневая мерцающая труба с грубыми задраенными металлическими люками и шершавыми скобами, там же разноцветно переливались контактные панели.

Это был технический уровень, обеспечивающий функционирование сверхсложной квазиразумной системы, которой являлся дом Гроссмейстера.

– Сюда! – прикрикнул кореец, толкая перед собой Гроссмейстера.

Впереди в трубе возникла, будто по волшебству, долговязая фигура в черном комбинезоне.

Ким выстрелил первым.