Госпитальер и Призраки Льда

Ослабленный заряд – электроника здесь действовала вполовину мощности, угодил противнику в ногу, и тот покатился по полу, выронив массивное плазменное ружье.

– Не стрелять! Это я! – взвизгнул Абрахам Кунц, пригибаясь. Обидно пасть от руки одного из собственных слуг, которым он платил немалые деньги за обеспечение своего комфорта и безопасности.

И тут дом сильно тряхнуло.

– Прибыли, – кивнул удовлетворенно господин Ким. Это сотрясение означало, что дом соприкоснулся с твердью и остался цел.

– Быстрее, – пнул кореец Гроссмейстера.

Латина же не требовалось уговаривать. Он, радостно подпрыгивая и повизгивая от удовольствия, как жизнерадостный щенок, бежал по трубе рядом с людьми. Ситуация приводила его во все больший восторг.

Господин Ким остановился. Извлек из кармана узкую серебристую полоску и приложил к поверхности трубы. Стена завибрировала, и от полоски пошли лучами трещины. Крепкий материал начал осыпаться, превращаясь в порошок, мельчайшие частички которого поднимались в воздух и медленно опадали.

Через полминуты в трубу проник свежий теплый ветерок, подняв клубы порошка, в глаза ударил яркий солнечный свет. В стене образовалась дыра диаметром в полтора метра.

– Не застрянь, – кореец толкнул Гроссмейстера к проделанному проходу.

– Здесь высоко! – запротестовал Абрахам Кунц, оценив, что полтора метра до поверхности – это слишком много для него.

– Голову отрежу, – Ким с угрозой взмахнул мономолекулярным лезвием.

Гроссмейстер с трудом протиснулся в отверстие и, крякнув отчаянно, прыгнул.

Послышался звук, будто упал тяжелый мешок с песком.

Господин Ким подхватил под мышку латина и вместе с ним проследовал за Гроссмейстером. На мягкую, покрытую ковром невысокой шелковистой синеватой травы, поверхность планеты Антареса-девять он приземлился пружинисто, как большая, сильная кошка. Латин недовольно заверещал, вырвался из рук человека, ударил его длинным носом в бок и насупился, сложив руки на груди.

Ким осмотрелся. Дом из последних сил дотянул до относительно ровной площадки на берегу широкой, серебрящейся в лучах солнца реки.

Из-за бирюзовых и синеватых крон деревьев поднимался ввысь изящными каменными башенками мрачный серый замок.

Воздух завибрировал, и со всех сторон загремел угрожающий голос:

– Частное владение! Вы нарушили границы частного владения!

– Вот удивил, – усмехнулся кореец.

Он поднял голову и разглядел стремительно увеличивающуюся темную точку в небе.