Святые с улицы Бримо

Заблудившемуся путнику, забывшему о своей жизни и не знающему о своей судьбе, следует подавать горячие напитки. Что скажешь?

– Я скажу, что это правильно, пастор Джозеф. Это хорошее правило.

Он весело посмеялся в ответ, и его седая бородка забавно затряслась.

– Я скоро вернусь, Льюис. Не скучай. Здесь ты в полной безопасности. Возможно, лики святых помогут тебе что-нибудь вспомнить. Кто знает, в стенах этой Церкви творятся разные чудеса.

Я лишь вежливо улыбнулся в ответ.

Пастор Джозеф покинул зал и оставил меня наедине со своими мыслями и моей искалеченной обокраденной памятью.

Я сидел там, в церковном зале, втягивал благовония их розмарина, смотрел на лики святых на иконах и не мог ничего вспомнить, сколько бы усилий ни прикладывал.

Пустота.

И ничего больше.

Валерия… Йорм… Церковь душепопечительства на улице Бримо…

Все это мне казалось до боли знакомым, словно я бывал здесь раньше.

Но почему я не помню ничего о себе самом?

Кто я такой? Как оказался там, под дождем? Почему судьба-проказница привела меня сюда?

Что происходило в моей жизни до этого момента?

Единственное, что я теперь знал о себе благодаря пастору Джозефу, так это… свое имя.

Льюис.

– Отче, смилуйся надо мной и помоги мне вернуть свои воспоминания. Ответь, кто я такой? Зачем я здесь? Что случилось?

Я помолился Создателю, но результат оказался неутешительным.

До возвращения пастора Джозефа я старался прийти в себя. Боль и гудение ушли из ушей. Тело уже не болело. Кровь из носа не текла, но я чувствовал сухую корку над верхней губой.

Пастор Джозеф принес чай, печенье, теплые полотенца и сухую одежду.

– Держи, Льюис.

Я без стеснения разделся, представ перед ликом святых в нагом виде, вытерся насухо полотенцем и надел сухие джинсы, теплый зеленый свитер и совсем новые кеды, которые как нельзя лучше подошли под мой размер стопы.

– Горячий чай с бергамотом, лимон, сахар, печенье с имбирем и молочный шоколад. Угощайся, Льюис.

Я сложил мокрую одежду и влажные полотенца в отдельную стопку и отложил в сторону.

– Спасибо, пастор Джозеф.

– Подожди-ка, Льюис…

Он вынул из кармана чистый белый платок и вытер мне верхнюю губу.

– Теперь все чисто.

– Это была кровь?

– Скорее всего, да, это кровь.

Ничего не сказав, я взял кружку с чаем и печенье. Наконец я ощутил хоть какой-то приятный вкус во рту, кроме той соли и ржавчины.