Святые с улицы Бримо

Откуда же соль?..

– Очень вкусно! Благодарю.

– Угощайся, Льюис. Скажи, тебе не удалось что-нибудь вспомнить о себе?

Я покачал головой.

– Как будто мое сознание кануло в пустоту. Сколько бы я ни старался, ни одно воспоминание обо мне самом, о моей жизни, о людях, которых я знал, не возвращается ко мне. Я словно… только что родился. Кто-то стер из моей памяти все воспоминания о моей жизни. И я не имею представления о том, как их восстановить. Что мне делать, пастор Джозеф?

– Пока я не могу тебе ответить на этот вопрос, Льюис.

Для начала подкрепись и отдохни. Тебе нужно набраться сил. Мы обязательно что-нибудь придумаем. Когда-нибудь ты узнаешь о том, кем был рожден и какая судьба тебе уготована.

– Создатель же знает ответы?

– Да, Льюис, знает, но так просто он их не скажет нам. Придется постараться, чтобы узнать правду.

– Я готов стараться. Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы… вспомнить все. Кто я, зачем меня послали сюда, откуда я взялся…

– Ты справишься, Льюис.

А сейчас пей чай, это важно.

Чай с бергамотом, действительно, оказался очень вкусным. Он наполнил мое тело былой силой. Я ощутил крепость в собственных мышцах и костях. Слабым оставалось лишь мое сознание, неспособным восстановить утраченные воспоминания.

Мы с пастором Джозефом сидели в этом зале в полной тишине. Время от времени внутрь проникал свет молний, а капли дождя усиленно барабанили по окнам. На иконы столбиками падал серебристый лунный свет.

Пастор Джозеф прошелся по залу и зажег несколько канделябров, чтобы добавить освещения.

Я уже допил свой чай и доел четвертое печенье с имбирем, как в двери Церкви раздался стук.

Услышав его, мы с пастором сразу же переглянулись.

– Судя по всему, сюрпризы в эту дождливую ночь на кануне Дня Святого Льюиса еще не заканчиваются.

Вместе с пастором я прошел к дверям, и священник приоткрыл ворота. На пороге под занавесом проливного дождя мы увидели двоих прихожан.

– Пастор Джозеф! Пастор Джозеф! Хвала Создателю! Вы здесь!

Это воскликнула молодая светловолосая женщина, одетая темный кожаный плащ.

Поверх она надела зеленый дождевик, но ее волосы все равно промокли и спутались. В зеленых глазах я заметил настоящий жуткий и неподдельный страх.

– Сабина! – воскликнул пастор Джозеф. – Милая моя, я совсем не ожидал вас здесь увидеть в такой час! Что случилось, дитя мое?

Тушь у Сабины потекла от слез. Бледное лицо подрагивало.