Подземные воды

Он уже затащил сюда раскладушку, на которой собирался проводить свои ночи, пока в доме не появится нормальная кровать. Выйдя на небольшой декоративный балкончик, служащий изящным украшением фасада дома, но с практической точки зрения годный лишь как плац для горшков с кактусами, Влад пробежал взглядом по пустующей просёлочной дороге.

Во второй половине дня должны были привезти гитару с усилителем, одежду и остальные вещи, уместившиеся в четыре небольших коробки – весь нажитый Владом скарб за тридцать с лишним лет.

Скрепя сердце, он собирался сдать старые гитары в комиссионку, но в итоге подарил их десятилетнему мальчику, жадно рассматривающего инструменты в витрине музыкального магазина. Кто знает, быть может, Рокот посадил семечко в плодородную почву, если, конечно, ошалелые от многочасового терзания струн родители не вырвут с корнем проклюнувшийся росток таланта, но Владу хотелось верить, что его инструменты, ещё послужат на благо рок-н-ролла.

Надышавшись свежим воздухом, он вернулся в комнату, плюхнулся на раскладушку и, сам не заметил как, ненамеренно и без приглашения заглянул в гости к Морфею, чей дом всегда открыт для усталых душ.

2

Ночь. Лунного света вполне достаточно, чтобы не вступать в холодные лужи, в которых купаются жёлтые мерцающие звезды, поддёргивающиеся рябью от лёгкого ветерка, пахнущего свежераскопанной влажной землёй. Умиротворённую тишину нарушают лишь стрёкот цикад, редкое кваканье невидимых глазу земноводных и его шаги.

Влад идёт по выложенной разномастными булыжниками узкой тропинке, окаймлённой с обеих сторон непролазным колючим кустарником. На плотно переплетающихся кривых ветвях, висят продолговатые красные ягоды, как набухшие капли крови несчастных зверюшек, попытавшихся прорваться сквозь шипастую преграду. Тропинка, никуда не сворачивая, ведёт прямой стрелой к какому-то тёмному сооружению.

За спиной Влада лениво ползёт густой туман, закрашивая белесой дымкой сыгравшие свою роль и больше ненужные пейзажи.

Рокот, не останавливаясь, шагает вперёд, инстинктивно боясь погрузиться в нутро голодного тумана и стать даже не воспоминанием – так как здесь некому будет о нём вспомнить – а просто сгинуть, как кусты позади, уже исчезнувшие в клубящемся мареве.

Казалось, что по этой тропе можно идти бесконечно, а чёрный сгусток мрака так и будет обманчивым миражом маячить впереди. Внезапно, прямо над головой Влада недовольно каркнула ворона.