Дом 2121

org/wiki/%D0%90%D0%BA%D1%80%D0%BE%D0%B1%D0%B0%D1%82), придворных карликов (https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=%D0%9F%D1%80%D0%B8%D0%B4%D0%B2%D0%BE%D1%80%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D0%BA%D0%B0%D1%80%D0%BB%D0%B8%D0%BA&action=edit&redlink=1). Иногда упоминается, что бандам компрачикос покровительствовали некоторые европейские монархи. Петр I считался любителем подобных феноменов, что подтверждает собранная в Кунсткамере коллекция. Постыдный факт европейской истории время от времени подвергается сомнению.] – в то время они снова вернулись в Европу.

Оба раза их спасал патруль, от которого тоже приходилось уносить ноги.

Жак вспоминал те времена с ностальгией. Как вспоминает любой, чьё детство было счастливым и полным открытий. И только две мысли страшили его. Что могло быть с ними, с наивными мальчишками, в лапах похитителей детей, если б не гражданский патруль, и каким было бы его детство, если бы старый добродушный авантюрист – его дед, не научил рыскать ночами в окрестностях. До того, как он открыл ночной мир для себя и компании, в его сознании друзья были наброском карандаша, размытым ассорти из лиц, виденных на днях рождения друг друга, ещё каких-то праздниках и образами из симуляций, где каждый выбирал себе внешность, странную и страшную, голос, манеру общения, которые ничего общего с настоящими его друзьями не имели.

Они проводили дни и вечера напролет в своих дешёвых капсулах симуляций, встречались в виде оцифрованных уродливых персонажей в бесконечных играх.

Их было пятеро. Если бы не дед, Жак никогда не знал бы, кто из его шайки быстрее бегает, кто легко и не задумываясь, в темноте находит лучший путь между амбаров и заброшенных ферм, кто как натуральная обезьяна молниеносно взбирается на деревья, кто может схватить дохлую крысу голыми руками, без тени брезгливости, и запустить в любого из них, весело гогоча, кто начитанный маменькин сынок и знает всё о созвездиях и планетах.

Сколько часов они просиживали, глядя на звёзды, не счесть визгов и смешков от падений и ссадин, заработанных в подворотнях их маленького старого городка, которые потом неделями приходилось скрывать от заботливых мамаш. И каждый в его пятёрке сделал не меньше открытий, чем он сам. И никто из их сверстников не понимал, и при всём желании не смог бы понять, как так вышло, что эти пятеро держались друг за дружку всю юность и ещё в младших классах, пока школы не упразднили совсем они не спускали никому, даже старшеклассникам, ни единой попытки обидеть кого-то из шайки.