Узел судеб. Полусказка

Происходило что-то странное! Кира никогда раньше не вызывала в Антоне никаких чувств, но сейчас…

– Ладно, Мыш, я… это… объясню тебе, что к чему.

– Тогда, до понедельника? Придёшь ко мне в шесть?

– Я?! К тебе?! – смешался Антон.

– Ну, не я же к тебе!

Музыка замолкла, объявили перерыв. Больше они в тот вечер не танцевали, ни вместе, ни по отдельности, в смысле, с другими партнёрами, тем более что Кира присоединилась к ансамблю и спела по-итальянски песню «Дуо сольди». Антон разобрал несколько слов: … аккордеон и расстроенная скрипка… простая уличная песенка… песня за два сольдо… счастье за два сольдо… Надо же так разборчиво слова на слух выучить!

Когда Кира поклонилась, зал взорвался аплодисментами – песня была замечательная и ранее не слыханная! А Алексей поцеловал певицу в щёку.

Потом она пела ещё, каждый раз срывая овации и переворачивая душу Антону. Он ушел, не дождавшись окончания танцев.

Кира была разочарована, ибо надеялась, что Антон проводит её до дому.

Неожиданно предложил проводить Алексей, ранее на неё внимания не обращавший. Всю дорогу он рассуждал об ансамбле, о репертуаре, о том, что хорошо бы сколотиться в профессиональную группу.

– Да, только, как? Музыкалку только Колька закончил, все остальные – самоучки. Я узнавал в филармонии: чтобы зарегистрироваться официальной джаз-бандой, куча бумажек нужна и справка о музыкальном образовании для каждого… а инструменты и аппаратура кучу денег стоят, дороже Жигуля.

– Так, ты же в универ будешь поступать, на физмат! – удивилась Кира, – Ансамбль-то здесь причём?

– Ох, Мыш… И то хочется, и это… Вон, Битлы как развернулись! Весь мир покорили! А начинали по маленьким клубам…

Кира рассмеялась:

– Понятно, Гремин! Славы возжаждал!

– Ага… и славы тоже!

Антон лежал в постели, уставясь в потолок, и анализировал свои ощущения от контакта с Кирой. В голове вертелась строка из песни «А у нас во дворе…»:

Я гляжу ей вслед —

Ничего в ней нет!

А я всё гляжу,

Глаз не отвожу!

– Ча-ча-ча… – сонно пробормотал парень вслух.

Десять лет девчонка мелькала перед глазами – и ничего! И вдруг – чего! Тёплая такая… руки нежные… Глаза… Надо будет рассмотреть их получше: что-то там, на дне, мерцало, как бы. Понюхал ладонь: надо же, пахнет Мышой! Нет, не Мышой, а Кирой…

До конца учебного года оставалось три недели.