Корни. Роман-гипотеза

Надвинув фуражку на лоб, Никеша двинулся в сторону, противоположную той, откуда они пришли. Впереди, изображая покорных зэков, шли Варнава и Жухлый. Вот и дверь тамбура, за которой конвой. Стукнув условным стуком, Никеша заорал, как это делал покойный старшина:

– Открывай, ёпэрэсэтэ!

Солдаты, не подозревая ничего плохого, открыли. Тотчас одиному из них в глаз вонзился гвоздь, а другому накинули на шею удавку, сплетенную из распущенных шерстяных носков. Через минуту все было кончено. Завладев формой и двумя автоматами ППШ, трое уголовников выпрыгнули на ходу в сгущающийся сумрак.

Никеша, задыхаясь от счастья, орал зоновскую песню:

Это было весною, в зеленеющем мае,

Когда тундра проснулась, развернулась ковром.

Мы бежали с тобою, замочив вертухая!

Мы бежали из зоны, покати нас шаром!

По тундре, по железной дороге,

Где мчится курьерский «Воркута-Ленинград»!

Беглецы изо всех сил бежали к далёкому лесу. Метров через триста на пути внезапно возникли какие-то кусты.

Продираясь сквозь них, Никеша вдруг провалился и исчез из виду. Обдирая спину и ягодицы он проехался довольно глубоко – метров двадцать – по узкому ходу, пока не очутился на куче щебня. Охая и шипя сквозь зубы, он достал спички и зажег одну. Пещера! Она была довольно велика, можно было встать в полный рост. Найдя кусок высохшего корня, Никеша примотал к нему пучок веток и соломы. Сей факел давал неплохое освещение, и беглец двинулся вглубь пещеры. Поворот, ещё поворот… По всей видимости, пещера была промыта подземными водами: на полу местами были лужи. Дно постепенно понижалось, но идти было можно не сгибаясь.

«Куда-нибудь, да приду! Вода дорогу покажет…» – сообразил Никеша. Поправив автомат, он двинулся в никуда.

Жухлому и Варнаве не повезло, их заметили конвойные из соседнего вагона и сразу рванули стоп-кран, одновременно нажав тревожную кнопку. Поезд, заскрежетав по рельсам заблокированными колесами, остановился, но ещё до остановки из него выпрыгнуло два отделения автоматчиков с пятью собаками.

Место было открытое, лес далеко. Собаки быстро нагнали беглецов. Те пытались стрелять, и даже убили одного пса, но остальная четверка налетела вихрем, навалилась, вцепилась в руки Жухлому, прокусив их до кости, Варнаве же один из псов разорвал ягодицу. Обозленные солдаты долго пинали беглецов и били прикладами, пока, пыхтя, как паровоз, не подбежал с пистолетом в руке старший лейтенант Васильев.