Лабиринт на ладони

Как только парень отошел от зелий, Петра сразу стала бить лихорадка. Француз довёз его до столицы страны, Кампалы, где разместил в больнице.

Врачи пришли в ужас от состояния ноги Петра и спешно её ампутировали до колена. Началось разбирательство в том, как сюда проник Пётр, его доставляли на допросы, где он рассказывал частично свою историю, разумно умалчивая о некоторых деталях. Ему не давали связи с посольством, что очень расстраивало Петра, поэтому он раздумывал о побеге уже через две недели после операции, когда его организм ещё не окреп.

Тем не менее за вероятным «шпионом» следили и приставили к нему охранника, косящего под медбрата. Однако играть роль ему не удавалось, а вскоре и он потерял бдительность и стал уходить на обед с остальным персоналом в соседнее здание

Однажды, воспользовавшись костылями, одолженными у соседа по палате, и тем самым обеденным перерывом, когда внутри оставалась только дежурная медсестра, Пётр направился к выходу. Медсестра оказалась тут как тут и преградила своим телом лестничный пролёт.

Пётр показал жестом, что ему надо покурить, что не особо убедило её. Пётр отстранил её костылём и продолжил спуск. Работница больницы всю дорогу вниз пыталась его остановить, а когда он вышел на улицу, бросила эти попытки и принялась набирать чей-то номер.

Пётр активно передвигался на костылях, но понимал, что далеко убежать не получится, особенно если охранник, стерегущий его, решит прервать свой обед. Поэтому парень изменил тактику. Он надеялся, что больному человеку, пусть даже и белому, смогут довериться.

Вытянув руку у края дороги, он стал ловить транспорт, но транспорт не останавливался, хотя мимо него и проносилось около десяти машин в минуту. Пётр решил еще раз поменять тактику и встал прямо на дорогу. Это сработало сразу. Он мгновенно, ничего не объясняя, сел в остановившуюся машину. Внутри уже находился пожилой тёмнокожий водитель с женой. Пётр на арабском и русском с элементами английского и суахили объяснил, что надо ехать в русское посольство.

Водитель повёз его, рассчитывая на вознаграждение, однако Пётр огорчил его и, быстро выскочив из машины, успел проникнуть в здание посольства.

Через три недели Петр прилетел в Москву.

Отдохнув с месяц, он снова отправился в странствие, обзаведясь протезом, на этот раз только по родным просторам России. Он уходил в тайгу, жил в шалаше, кочуя потихоньку. В начале осени вдруг обнаружилось, что таблеток, которые помогали ему при приступах, осталось всего две.