Маска падшего

– А что поможет?

– Я не знаю, что поможет! Что может помочь, когда один родитель мёртв, а второй на грани смерти?! Что может помочь, когда вокруг тебя войны, разруха и люди с мозгами зверей?! – в отчаянии восклицал Томас, размахивая руками так, что незнакомцу пришлось раз неловко уклониться. – С-сейчас войн нет, но теракты, забастовки!..

– Так средство от чего вы ищете, молодой человек, – ласково заговорил старик, – от смерти близкого или от войн?

– От всего, от всего! Всё это от одного идёт, от…

– Жестокости?

Томас покрасневшими изумлёнными глазами взглянул на старика.

Тот одним словом выразил всё то, что пытался выкриками и жестами объяснить студент.

– Расскажите, что случилось с близким вам человеком, – попросил вежливо старик.

Словно зачарованный, Томас медленно кивнул и устремил взгляд свой в землю:

– М-мою маму оскорбил и ударил п-пьяница. Теперь она б-больна чем-то, что вызвал этот уд-дар. Н-никто не может объяснить, что с ней, и что-либо сделать.

Она скоро умрёт…

– И все лишь равнодушно глядят на её увядание?

– Она не равнодушна, – кивнул Томас в сторону Хелены, обеспокоенно оглядев её с ног до головы.

Та стояла на коленях, залитая слезами, но продолжала говорить в трубку и кого-то в чём-то убеждать.

– Однако толку маловато, я погляжу.

Эти слова, и эта покорная поза девушки! Томас вдруг вспылил по-настоящему! Встал и со всего размаху ударил фонарный столб, разбив костяшки до крови.

И закричал от боли, – но не от боли в руке! Чувствовал он, как пелена отчаяния застилает глаза, слышал уже свист в голове и чей-то фантомный хохот!

– Почему?! Почему всё так? – закричал он, облокотившись на парапет. – Что сделала моя мать? Что сделал я, что сделала Хелена, чем заслужили мы всё это?!

– Не самый умный вопрос, – усмехнулся старик, забавляясь наивностью юноши.

– Так ответьте на него!

– С превеликим удовольствием.

Видите ли, вы и ваша дама страдаете лишь из-за своих чистых сердец и из-за ваших связей с сей несчастной женщиной. А она… стало быть, она сие заслужила.

Томас отшатнулся, с ужасом поглядев на циничного старика, чьё лицо сейчас выражало философическую задумчивость. Тот понял по затянувшемуся молчанию, что вымолвил нечто странное для собеседника.

– О! Вы меня, должно быть, неверно поняли. Понимаете ли, смерти не бывают случайными.