Брат жениха. Цена измены

Как назло- зарядки всегда не хватает, когда очень нужно, а когда хотелось бы, чтобы все на фиг отключилось- чтобы можно было оправдать свое молчание нахождением «вне зоны доступа», все исправно тянет до победного конца.

Я стою у окна номера, смотрю на проносящиеся мимо машины на автомагистрали. На душе Марианская впадина. Зябко, хоть кондиционер отключен, а тело закрывает объемный гостиничный халат. Ловлю взглядом свои шмотки, так и валяющиеся на полу с вечера. Снова к горлу подступает чувство тошноты. Делаю себе отвратительный фильтр-кофе, используя кофемашину из номера.

На завтрак спускаться желания нет совсем, как и чувства голода.

Нужно что-то предпринимать, Дана. Выбираться. Вылезать. Или уже выбирать правду и всходить на эшафот- как Жанна д-Арк. Или притворяться и дальше играть роль хорошей. Если получится, конечно.

Всё-таки не выдерживаю и отвлекаюсь на телефон. Дед. В сердце гулко ухает. Его вызов я как раз не ждала. Он относится к мобильному телефону как к неопознанному летающему объекту, который хоть и вошел в нашу жизнь на постоянной основе, но все равно вызывает подозрение.

Поэтому наши созвоны обычно по часам… А вдруг что-то случилось? По спине пробегает холодок страха, который на миг отбрасывает все мои мазохистские самокопания.

–Алло, деда, все в порядке?-спрашиваю я, давясь от волнения.

–Данусь, извини, что беспокою! Меня Семеныч позвал на юбилей- совсем забыл тебе сказать. К часу приедет машина, заберет меня к ним за город. У него сын дом расстроил, места много теперь.

Погощу у него до конца недели, хорошо? Молодость вспомним…

–Хорошо, дедуль! Даже классно…– на глазах проступают слезы. Облегчения. Хорошо, что у него все хорошо. Хотя бы у него.

Дорога домой немного отвлекла меня и я тупо пялилась в уныло-серый пейзаж за окном, без каких-либо мыслей, но стоило зайти в квартиру, чувство царапающей горло вины снова накрыло с головой. Бывают ситуации, когда одиночество нестерпимо. Со мной сейчас было именно так, стоило только снова остаться один на один со своими мыслями.

Пошла на кухню. Надо что-то приготовить. Раньше это занятие расслабляло меня. А теперь вылилось лишь в самопорицание на фоне ароматов готовящейся еды, которую и есть-то не хотелось- в горле стоял ком.

Накрыла крышкой шкварчащую сковородку, села за небольшой кухонный стол. Не знаю, что дальше. Внутри что-то перевернулось, щелкнуло.

Я пала. Пала добровольно. Добровольно пустила в свою жизнь эту черную токсичную жидкость.