Королева Золотых песков

– Что за вертеп здесь происходит, Гальюн?– раздраженно обратилась она к вставшему на ноги и хромающему надзирателю.

– Все этот раб, госпожа! Это он затеял! Я не усмотрел… Да и как усмотреть… Он ловок и проворен, как сам Диспатер!

– Что затеял?– раздраженно выдохнула королева.

– Сказал, что они дерутся, как трактирные шлюхи и поспорил, что сможет один победить всех твоих гладиаторов…

– И победил, как я вижу, – критически осмотрела хоть и выстроившихся смиренно в шеренгу перед королевой, но все еще стонущих и держащихся за бочины горе– воинов, которых она до последнего считала умелыми…

– Почему им так больно? Почему столько травм? Разве на тренировочной арене допустимо держать оружие?

– Разумеется, нет, госпожа.

Он и не бился оружием… Он нанес все эти травмы деревянным муляжом.

Иллирия усмехнулась

– И чуть не исполосовал тебя твоим же кнутом….

Повернулась, наконец, к рабу, жадно взирающему на нее с высоты колен…

– И зачем этот театр?

– Соскучился по тебе… Хотел обратить твое внимание.

Ты ведь игнорируешь меня…–  расплылся в одной из своих порочных улыбок.

Гальюн только было замахнулся ударить его со всей нереализованной ненавистью, как Иллирия его остановила.

– Очередной глупый и бессмысленный ход, раб…–  устало протянула она.

– Разве бессмысленный?–  он вскинул бровь,–  ты назвала меня по имени… Много кого еще из этих никчемных гладиаторов ты знаешь по имени?

Иллирия хмыкнула.

– Здесь пыльно, грязно и воняет мужским потом.

Дайте рабу искупаться, а потом приведите его в тронный зал…– повернулась на каблуках и направилась быстрым шагом прочь с площадки для тренировок.

Не прошло и получаса, как раб стоял перед госпожой с влажными после купания волосами и в белой льняной рубашке.

– Оставьте нас,–  повелительно сказала она двоим стражникам.

Как только они остались наедине, Эмиль снова заговорил.

– Не боишься меня? Один на один…–  сколько огня было в его взгляде, сколько дерзкого вызова в хриплом, соблазнительном голосе…

Королева невольно поймала себя на мысли, что эта его дерзость ей нравится, хоть она и пыталась убедить себя в обратном.

Хоть что– то новое среди этой вереницы клишированных действий–  заискиваний, преклонения, слепого обожания, лютой ненависти или плохо скрываемого вожделения…

– Судя по твоим умениям, если бы ты хотел меня убить, то два моих бесполезных охранника все равно бы тебе не помешали…

Он улыбнулся.