Не твоя…

После этого Карим так же невозмутимо подошел к столу с кипятильником, насыпал растворимого кофе и залил его кипятком, не обращая внимание на семенящего и пресмыкающегося перед ним мелкого парня в военной форме. С хлюпаньем отпил из чашки, повернулся в ее сторону и громко проговорил на литературном арабском языке.

– Нашей гостье холодно.

Находящиеся в комнате, в том числе и сама Влада, с удивлением подняли на него глаза. Он же не сводил глаз с нее, медленно размешивая содержимое своей чашки. Еще несколько глотков.

Поставил кофе на тот же стол– взял брошенную им на стул при входе куртку и, подойдя к ней, наклонился и накрыл плечи, на секунду задержав на них свои руки. Влада подняла глаза, наполненные молчаливой благодарностью на него и тихо произнесла в первый раз за этот день, – Шукран (араб.– спасибо).

Карим улыбнулся и с издевкой ответил, – Афван (араб– не за что), отчеканивая каждый звук, чем опять подчеркнул то, что девушка была иностранкой– между собой сирийцы так никогда не общаются.

– Валлах, хия бтахки аль– араби (араб.–  реально, она говорит на арабском),– бросил он с некоторой издевкой своим побратимам, которые, в свою очередь, так же улыбнулись. Этот факт их забавлял.

– Таали, изан (араб.– тогда пойдем),– обратился он к Владе, повелительно поманив рукой.– Хали бнахки швейят. Валид, саидха (араб.– сейчас немного поговорим. Валид, помоги ей).

К ней подорвался Валид. Она узнала его. Тот самый, кто объяснял, почему ее пришлось притащить вместе с машиной… Он был явно возраста Карима, только мельче и суетливее.

Подошел, отвязал от батареи и поднял. Ноги еле слушались–  они так затекли, что просто не чувствовались. Карим заметил ее неуверенную походку и криво усмехнулся.

– Таали (араб.– давай пошли),– снова произнёс он, небрежно махнув рукой и показав, чтобы она шла за ним.

– Биддак мусаада (араб.– тебе нужна помощь?)?– повернулся к ней на ходу. Его забота была граничащей с издевательством, а может, и с флиртом.

Тогда она не могла еще понять, что хуже в ее случае.

Они прошли в узкий коридор, ведущий в маленькую комнатку, судя по всему, служащую ему кабинетом. Стол с какими– то картами и документами, военные предметы в углу, несколько хаотично стоящих стульев. Карим поставил по центру один из этих стульев и показал ей, чтобы садилась на него.

Влада пыталась сделать это как можно осторожнее, чтобы он не увидел ни чулок, ни разреза, но получилось с трудом.