Твоя капля крови

Три фигуры в длинных балахонах застыли на дороге, преграждая путь. Кучер, впрочем, уже никуда не торопился – сидел, свесив голову на грудь, будто так, посреди дороги, вдруг задремал.

– Зачем вы убили моего кучера? – только и хватило его сказать.

– Не убили, – сказала одна из фигур знакомым голосом. Стефан выдохнул.

– Пан Стацинский… Что, рана уже зажила?

Глава 7

Фигуры на дороге были странно неподвижны и в этой неподвижности неумолимы. Будто мертвецы, вставшие из гроба, чтоб перегородить путь убийце.

– Благодарю за беспокойство, – сказал один из них голосом Стацинского. – Рана вполне зажила.

– Генерал Вуйнович очень за вас переживал. – Стефан глядел поверх их голов и видел только пустую дорогу и ночь за ней. – Пошлите ему хотя бы письмо, у старика больное сердце…

– Это он? – спросил тот, что стоял справа, повыше и потолще двух других.

– Он, – подтвердил юнец.

– И что же вам теперь от меня нужно, пан Стацинский? Вам и вашим… друзьям?

Хотя он знал уже, что им нужно.

Войцеховский писал в том письме – анджеевцы не могут начать охоту, не убедившись, за тем ли охотятся.

Что ж, теперь убедились. И дернул же его бес полезть в ту дуэль…

– Мы из ордена Святого Анджея. Мы пришли подарить вам покой и свободу.

Сабля легко выскользнула из ножен, удобно легла в руку.

– Зачем это? – спросил высокий и ступил вперед. Лица его было не разглядеть. – Не сопротивляйтесь.

Для вас это не имеет смысла.

– Боюсь, я вас не понимаю.

– Мы знаем, кто вы, – продолжал тот, приблизившись еще. – Ваша мать – Беата Шалай, вампир. Вы еще не стали полноценным вампиром, но это дело времени.

– Вы ошибаетесь, – холодно сказал Стефан. – Кажется, вы с кем-то меня спутали. Я князь Стефан Белта, и я настоятельно прошу вас уйти с моего пути.

Он подошел к кучеру, дотронулся до шеи: жилка билась, хоть и медленно. Значит, в самом деле не убили.

Можно выпрячь сейчас одну из лошадей, но это будет выглядеть как бегство.

– Полно, князь Белта, – сказал анджеевец. – Другим врать можно, но уж себе?

Он остановился.

– Что вам нужно?

– Я уже сказал вам. У вас не такой уж большой выбор, ваша светлость. – Ласковый, осторожный баритон с сочувственными нотками. Явно научен разговаривать с нечистью. – Умереть или самому стать убийцей и навсегда утратить Свет.