Твоя капля крови

Мне не представляется, что князю Белта захочется провести вечную жизнь в поисках очередного глотка крови…

– Вы же не думаете, что такое убийство сойдет вам с рук? Отойдите, мне нужно ехать.

Голос прозвучал слабо и одиноко, как у человека, говорящего с самим собой.

– Это честно, – сказал анджеевец. – Вы умрете человеком, более того – мучеником, так что сразу займете место в чертоге нашей Матушки.

Он помолчал.

– Ваша кровь не ваша вина, князь, вы не могли выбирать. Но сейчас выбирать вы можете.

Стефана вдруг взяла злость.

– Хороший же это выбор, если вы втроем явились убеждать меня одного…

– Нас трое для того, чтобы провести ритуал, – сказал анджеевец. – И позаботиться о том, чтобы ваша бренная оболочка… не причинила никому вреда. Князь, вы сами разве не устали еще носить это проклятие?

Лес молчал. Ничто не трещало ветками, не ходило, не дышало за плотной еловой стеной. Как во сне. Колдовство какое-то… И очень четко говорил анджеевец – будто доктор, излагающий больному смертельный диагноз.

– Самое страшное, что, как бы вы ни сопротивлялись, чужая кровь все равно возьмет свое. Поверьте, я много видел таких, как вы. Тех, кто подходит к черте. Это кончается всегда одинаково.

В темно-голубом небе показалась на секунду луна. Не показалась даже – почудилась только неверным серебряным проблеском и пропала. Стефан отчего-то подумал о письме господарю Драгокраины, которое поручил составить помощникам, – наверняка же не составили, дожидаются начальника, ведь известно – пока гром не грянет… И что решат с чеговинской миссией? Не говоря уж о записке, которую он собирался подать цесарю по возвращении…

– Вы долго прожили… почти человеком и можете питать иллюзию, что так будет и дальше.

«Прав, – подумал Стефан. – И что я устал – тоже прав».

– Человеку этого не выдержать. Создание, наделенное Светом, не может долго жить без солнца. Посланный Матерью в этот мир не может питаться себе подобным. Вы этого не выдержите, князь. Или станете нечеловеком. И нам все равно придется… выполнить долг. Только Свет мы вам подарить уже не сможем.

– Как это будет? – спросил он против воли.

– Быстро. Брату Ротгару можно доверять.

Стефан медленно опустил саблю. И спохватился:

– Стойте.