Сто дней с пиратом. Книга первая

Думала, что такие бывают только в кино или на картинках… Он источал власть и угрозу… Заставлял горло пересыхать, дыхание замирать, а глаза подавленно держать опущенными в пол, даже не нужно было делать над собой усилия для этого…

Валерия стояла третьей в цепочке агнцев, приведенных к нему на «заклание», среди которых был Абу Самак и еще один член его команды, по крайней мере, он высадился с корабля на небольшую моторную лодку, доставившую их до берега, вместе с ними…

– Где мы? – едва слышно произнесла Валерия одними губами, – пытаясь разглядеть со своего места в лодке приближающуюся линию берега.

Только сейчас она заметила, что помимо них в лодке были еще двое мужчин, внешне они выглядели иначе – более щуплые, еще более темные, они были вооружены, в отличие от ее компаньонов с корабля… Когда один из них сел к мотору и завел его, направляя лодку, стало очевидно, что это приставленные к ним люди Корсана.

– Сомалийцы, – предвосхищая, видимо, читаемый в ее глазах вопрос, ответил Абу Самак, – пушечное мясо у него в основном они.

К ним мы сейчас и плывем – в так называемый Пунтлэнд – самопровозглашенный район, где заправляют пираты.

– Корсан – сомалиец? – спросила Валерия все так же тихо.

– Конечно, нет! – раздраженно, словно Валерия должна была знать его биографию и происхождение наизусть, ответил он, – Корсан – йеменец, вернее, сокотриец, с острова Сокотра. Хотя там много слухов ходит… Его происхождение овеяно тайной…

Валерия тяжело вздохнула.

К своему стыду, она была не очень сильна в географии. Вернее, знала ее лишь в контексте, касающейся ее работы. Для нее название этого острова ничего не говорило. Да и вообще, все происходящее сейчас было каким – то сюрреалистичным арт – хаусным кино… Зажмуриться бы и проснуться… Потому что в очередной раз решимость и отвага уступили дорогу банальному животному страху.

– Корсан – это его имя? – опять спросила она.

– Никто не знает его имени, глупая.

Корсан – по – арабски означает пират. Это такое прозвище, игра слов с европейского «Корсар»…

Валерия удивленно подняла глаза на Абу Самака. Он уже который раз рвал все стереотипы… И хотя неприязненно – отталкивающее отношение к нему у нее все еще сохранялось, она понимала, что он далеко не однозначный персонаж…А как вообще в этой насквозь пропитанной обманом и мошенничеством среде кто – то мог быть однозначным… Не было здесь черно – белых тонов.