Избранница Серых холмов

Брееда низко поклонилась и, спросив, стоит ли принести ужин нам в комнату, откланялась. Вскоре доставили вещи. Не успела я присесть, как в дверь постучали. Не робко, как это делали слуги, доставившие сундук, а весьма громко, как стража или те, кто её заменяют.

Переглянувшись с Кхирой, я кивнула, чтобы та открыла.

2

На пороге стоял Арлен из рода Рокси. Я поклонилась и, сцепив руки в замок, осталась на месте, ожидая, пока фейри заговорит.

– Простите, что прерываю ваше уединение, арта, – начал он, оглядывая комнату.

 – Я пришёл справиться, хорошо ли вы устроились.

– Благодарю, арт, – ответила я с лёгкой полуулыбкой. – Вполне.

Кхира застыла у двери, прислушиваясь к нашему разговору. Вполне обосновано она считала, что комната готова к ночлегу, а разложить постель – дело быстрое и нехитрое.

– Вы спуститесь на ужин? – внезапно спросил фейри, глаза которого смотрели с холодным интересом.

В присутствии именно этого фейри я чувствовала себя как на допросе. И в тоже время хотелось, чтобы он всё время был рядом и охранял меня.

– Хозяйка предложила принести ужин в спальню, и мы дали согласие, – мягко ответил я, предугадывая, что этого не будет.

– Нет, я хочу, чтобы за ужином вы составили мне компанию, арта. Очень прошу вас об этом.

Фейри говорил мягко, но в глазах стоял всё тот же лёд.

– Зачем, могу я спросить?

Раз уж он настаивает, моё право услышать ответ. Возможно, он мне не понравится, но всё же было любопытно. Он и вправду думает, что я могу куда-то деться?

– Я слышал о вашем отце, арта, – Арлен впервые с начала этого разговора пристально посмотрел на меня.

 – И мне было бы крайне неприятно, если бы пришлось тратить время на ваши поиски. Тем более, что за окном так темно, а до Мабона осталось совсем недолго.

– Понимаю ваши опасения, арт, – усмехнулась я, чувствуя горечь в груди. – Вам сказали, что я не совсем обычна и могу выкинуть что-то подобное. Наверное, моя мачеха постаралась расписать безумие бывшего короля во всех красках.

Горечь только усилилась, и я уже не могла спокойно стоять на месте и делать вид, что тема меня совсем не задевает. И сделала знак Кхире, уже готовой броситься на защиту своей госпожи.

– Она любила повторять, что я странная. Причём говорила это всякий раз, когда я выражала несогласие с её манерой правления или хотела узнать, когда она собирается отдать престол.

Во мне снова проснулась обида. Не столько на мачеху, сколько на собственного отца.