Луна моего сердца

 – Теперь ты поймёшь, что значит уметь угождать господину. Постарайся, чтобы жертва была не напрасной. А теперь, я пришлю Рози, чтобы она помогла тебе раздеться. Выспись хорошенько, завтра мы начнём подготовку. Времени до передачи девушек не много.

– Когда? – только и выдавила я из себя.

– Девять дней.

Я остановила метрессу, когда она уже была на пороге:

– Меолика, – спросила я с затаённым страхом. – Если я справлюсь, что будет дальше? Есть надежда вернуться?

– Лорды говорят, что да. Мне надо идти, Леонтина! Рози сейчас будет здесь.

2

Все последующие дни меня упорно натаскивали по таким предметам, как чтение карт, политика Илиоса, чистописание и этикет. Я всё схватывала на лету и получала похвалу за похвалой от Меолики и отца, который избегал моего общества и игнорировал умоляющие взгляды.

Каждый вечер я долго лежала в кровати с открытыми глазами и пыталась представить, каково это: быть служанкой в доме врага днём, а ночью позволить ему лишить тебя чести, даже не сделав попытку защититься.

Остальных девять отобранных девушек я не знала лично, хотя часть из них происходила из знатных, но обедневших семей, не имевших возможности дать за каждой из многочисленных дочерей достойное приданное. В этом я подозревала и своего отца, хотя он упрямо прикрывался высокой целью: освободить страну от ига завоевателей, поработивших нас более пятидесяти лет назад.

Чем я могла оправдать своё нежелание участвовать в столь славном деле? Слабостью духа и желанием выйти замуж по любви? Отец и лорды Ордена Сопротивления уверяли меня, что как только я добуду сведения о расположении арсенала в столице, они устроят мой побег и даже выдадут замуж за Найтвелла.

“Мой дом будет счастлив принять в качестве невестки героиню Сопротивления”, – говорил мне отец бывшего жениха.

Но у меня зрел иной план, как избежать позорной участи наложницы оборотня. И натолкнул его на меня спектакль Рози, которая должна была передать всё знания и умения о мире плотских утех и постельных развлечений.

Горничная с упоением объясняла мне такие вещи, от которых даже я, чистокровная, видевшая мистерию, краснела и смущалась, как малолетняя.

Потом настала пора, когда Рози обязали прилюдно показать своё мастерство. Бесстыдница только кивнула, но по блеску её глаз было заметно, что она радуется и предвкушает особое удовольствие.

Мы с Меоликой расселись в комнате, соседствующей с той, куда вошла Рози.