Поцелуй северного ветра

Тряхнула жёсткими кудрями, выбившимися из хвоста, закрученного в сложную причёску на манер скальд, и заявила:

– К тому же ты не единственная фронна, прибывшая сюда и нашедшая новое место. Старайся, и скальда оценит тебя. Как оценила прочих. Пока ты не перестанешь быть ей полезной.

Варта Иона приказала ждать и решительно направилась к выходу. Казалось, она жалеет, что сболтнула лишнего, но раз исправить ничего нельзя, остаётся надеяться, что я всё равно ничего не поняла от испуга.

– Жди, – бросила она через плечо и захлопнула дверь.

Мои страхи снова ожили, когда в замке повернулся ключ, но не успела я осмотреться, как дверь снова отворилась, и на пороге появилась Мектильда. Черноволосая, румяная, одетая по местной моде, да к тому же далеко не в те полинялые тряпки, которые носили в Голубых залах рядовые фронны.

– Я не сплю? Ты всё это время была здесь? – улыбнулась я, сдержав желание подбежать и обнять бывшую служанку. Это было непозволительно в прошлой жизни, но и в этой я не чувствовала себя способной на подобное.

Словно за моей спиной всегда стояла Королева-мать и следила, чтобы я помнила о своём происхождении.

Даже если все вокруг забудут.

– Не совсем, моя госпожа. Меня привела в этот дом скальда Ульрика, – Мектильда казалась спокойной, говорило ровно, держалась уверенно. Что-то поменялось в ней с тех пор, как её, растерянную, плачущую и кричавшую о помощи, увели прочь хускарлы в чёрных одеяниях.

– Каково твоё умение? – улучив момент между её неторопливым восхвалением местной знати, сплошь состоявшей из достойных, умных и сильных магов, способных разглядеть свет в остальных.

Мектильда явилась не просто так. Она принесла мне новое платье, в котором я должна была появиться за ужином. Фасоном оно напоминало наши сарафаны, которые приелись фроннам и выцветали раньше, чем сменится луна, но эта ткань, в которую меня облачала бывшая служанка, была столь приятна телу, словно его касался лёгкий тёплый ветер.

– Я умею оживлять цветы, – смущаясь ещё больше, пробормотала Мектильда, пока её проворные пальцы закрепляли завязки и прикалывали заколками тесьму. – И слушать, о чём они шепчутся.

– Здесь мало цветов, фронна. Не за это ты полюбилась скальдам, – проговорила я медленно, жалея, что нет зеркала. Я бы хотела увидеть себя в новом наряде столь насыщенного сиреневого цвета, что фартук казался ожившим ковром.