Приход Чёрной Луны. Покорная королева

Будто в волчью пасть или в бездну взглянула.

В этот миг я была готова отказаться от поспешного решения, навеянного рассказами Одилии и материнскими воспоминаниями.

Обманывать того, кто взял меня замуж, не будучи знакомым лично, прекрасно понимая, что я далеко не так юна, как это принято у невест, нехорошо. Подло.

– Конечно, лорд Эсмонд, – ответила я чопорно, и больше мы не разговаривали и не виделись до самого вечера, когда прибыли на новый постоялый двор.

– Я что-то разузнала, ваше высочество, – готовя меня ко сну и взбивая полушки.

болтала Одилия. Она двигалась быстро, делала всё скоро, словно торопилась. – Его величество, ваш супруг, да продлят боги его дни, весьма нехорош собой. Можно сказать, даже уродлив.

– Кто тебе это сказал? Я видела его парадный портрет, – резко ответила я и легла в постель. Одилия укрыла меня одеялом.

– Так здесь эти люди болтают. Тайком, конечно. Мол, вы такая славная, хорошенькая, а достанетесь чудовищу. Шёпотом горят. С оглядом.

Ох, не знаю, ваше высочество, может, и врут, чтобы меня напугать. Кто их, чужаков, знает! Давайте я вам почитаю!

– Нет-нет, спасибо! Я устала, ложись тоже.

В эту ночь мне не спалось. И Одилия ворочалась на койке у входа, но уже ближе к середине ночи сон сморил меня. Проснулась я от далёкого крика совы, или приснилось мне всё это, даже не разобрать.

В комнате никого не было. Я звала Одилию, потом зажгла свечу и посмотрела на то место, где она спала. Постель смята, но девушки не было.

И тишина вокруг была такой зловещей, что мне стало не по себе.

Наскоро одевшись в домашнее платье, я взяла лампу со стола и решила выйти в коридор. В конце концов, моя служанка пропала, это уже достаточный повод, чтобы отправиться за помощью.

А к кому мне обратиться, как не к тому, кто обязан жизнью отвечать за мою безопасность? Больше я никого здесь не знаю.

Лампу я прикрутила так, чтобы та почти не давала света. Неожиданные встречи мне ни к чему.

Комната лорда Эсмонда была крайней по коридору направо. Он сам показал мне её сразу по прибытии. Туда я и направилась.

Каждый шаг давался с трудом, будто на ногах у меня не лёгкие туфли, а железные колодки. Пару раз я останавливалась и прислушивалась, но в доме по-прежнему стояла глубокая ночь. Даже половицы, на которые я наступала, словно сговорились и не издавали ни звука.

Наконец очутившись перед его дверью, я замерла и оглянулась.