(Бес)сердечные

Но вот боль в спине казалась невыносимой. Черт, это самая неприятная часть работы. Хотя, брезгливость, для таких как она непозволительная роскошь. Неведомое чувство, для тех, кто каждый день имеет дело с человеческими грехами, пороками, порой настолько омерзительными, что хочется содрать с себя шкуру.

Она нашла его. Тридцатилетние поиски, наконец увенчались успехом. В том, что молодой капитан, почти уже переродился, женщина не сомневалась. Она слышала, собственными ушами, умирающее сердце единственной уцелевшей особи мужского пола из ее рода.

И это было настоящим чудом. А еще он почти научился видеть… Ее глаза то он рассмотрел.

Женщина повела рукой, и холодильник мелко завибрировал. Спустя пять минут она уже шла по коридору морга. Привычная нагота ее не смущала. Но разжиться одеждой все же было необходимо. Люди слишком консервативны, чересчур ханжи. Но при этом лицемерны и насквозь фальшивы.

Старый сторож, воняющий как винный погреб, на удивление бодрствовал, не смотря на поздний час. Уставился на нее мутными глазами, и словно рыба зашамкал губами, не в силах издать ни одного членораздельного предложения.

Замычал, как старый бык, мелко трясясь обрюзгшим телом. Смешно. Жещина ухмыльнулась, оскалив белые, чуть заостренные зубы.

– Мне нужна твоя одежда, – пропела фразу из старого фильма. Ну да, ей нравилось кино. С момента появления синематографа Аля старалась не пропускать новинки. Кино скрашивало однообразие чертовой вечной жизни. А жизни ли? Странно рассуждать об этом, ходя бессердечным покойником по цветущей планете.

– Ааааа, оуу, – прохрипел мужик. Она напряглась, услышав его хаотичное сердцебиение. Страх рвал сосуды в и без того измочаленном «моторе» алконавта.

– Не бойся. Тебе не время еще, – тихо прошептала женщина, ее глаза подернулись белесой пленкой. Сторож вздохнул и откинулся на спинку стула, задышал размеренно и ровно. – Ну и прекрасно. Женщина сняла со щитка ключ от склада. Через пять минут она спустилась с крыльца морга, одетая в курточку с меховым воротником, сапоги на тяжелой подошве и кожаные лосины, обтягивающие ее стройные ноги.

Куртка лишь немного была повреждена. Прорезана на груди тонким лезвием, так красиво, что даже крови не выступило у той, кто ее носил, в момент когда ее закололи.

– Повезло, так повезло. Мне повезло, не бедолаге хозяйке тряпок, – под нос себе прошептала беглянка. – Размер идеально подошел.

Она дотронулась пальцами до входящего отверстия, оставленного ножом убийцы.