Братство

– Он понятия не имеет, что ты здесь?

– Что я сплю с тобой? Не думаю, что он может представить такое в своих самых, самых странных фантазиях.

– У тебя есть кто-то еще?

Элис моргнула, взмахнув ресницами.

– Ну конечно же нет, Фредрик.

Помедлив, она добавила:

– Должны же быть границы.

Элис оценивающе взглянула на него.

– А как дела с… ней? Как ее зовут?

– С Беттиной. С Беттиной все хорошо.

– Вы по-прежнему встречаетесь?

– Да.

– Вместе спите?

– Так точно.

– Замечательно! На нее можно положиться? – голос Элис стал выше почти на полтона.

– Вполне.

– Я забыла, чем она занимается? Она работает в полиции?

Он улыбнулся Элис. Он знал, что она знала.

– В центральном управлении.

– Ну конечно! Точно-точно.

Фредрик отодвинул деревянный стул, встал, собрал грязные тарелки. Ему захотелось сменить тему.

– Кстати, ты знала, что этот дом называется Хейнекегорен? Его назвали в честь построившего его архитектора Георга Хейнеке.

Элис вопросительно взглянула на него.

– С каких это пор ты интересуешься архитектурой?

– Мне всегда нравились красивые вещи, – сказал он, кивком головы показав в ее сторону.

Она пропустила это мимо ушей.

– Наш полицейский психолог рассказал мне об этом.

Элис обеспокоенно сморщила лоб, что ему ужасно не нравилось: «Почему он не рассказал об этом раньше? Черт возьми. Сказал только теперь».

– Ничего серьезного. У меня опять было несколько приступов. Он считает, что это страх.

Фредрик глупо улыбнулся.

– Он считает, что это связано со стрессом. Мне рекомендовали меньше работать. Так что отпуск будет очень своевременен. Жду не дождусь, когда увижу детей.

Элис посмотрела на него с сочувствием, как на беспомощного ребенка. Это значило: «Я знаю тебя. Знаю лучше, чем большинство людей. Лучше, чем все остальные. Я знаю, что живет внутри тебя».

– И как тебе этот психолог?

– Понятия не имею, я же ходил только для галочки.

Она вопросительно вскинула голову.

– Один из моих начальников оставил ему сообщение, что беспокоится за меня.

Элис надела дорогой прозрачный дождевик. Фредрик проводил ее в коридор.

– Ты поймешь, если я не приеду на похороны? Слишком долгий путь для меня и детей. Якоб и София едва с ней знакомы.

– Я на это и не рассчитывал. Я вполне справлюсь сам с похоронами матери.

Она дотронулась до его щеки.

– Беттина придет?

Он кивнул.

– Хорошо.