Дурная

И эта дурацкая милосердная болячка вытеснила даже мой личный страх перед Ларкиным отцом. Все таки гадом и подонком быть намного приятнее. Нужно возвращать свое моджо, валить из этой юдоли скорби и смаковать увиденное. Я ведь долгие годы мечтал увидеть именно это. Так от чего же мне сейчас так погано?

– Явился, значит. Поглумиться пришел? Ну и как? Доволен? Нравлюсь? – голос старшего Сопотова не изменился, в нем все еще звучали нотки властности, но человек стоящий сейчас передо мной выглядел отнюдь не всесильным, скорее опустившимся и потерянным.

– А вы что, купюра в пятьсот евро, чтобы мне понравиться? – ухмыльнулся я, больше не чувствуя страха перед проклятым мужиком, который играл моей судьбой когда-то, как младенец соской. Пережевал и выплюнул полковник Сопотов меня. Меняется все в этом мире. Ох, как быстро. Теперь я на коне, а он… Приятственно, надо сказать. Аж прямо хочется петь. Вселенная все-таки навела баланс.

– Глумишься, значит? Это хорошо. Это замечательно.

Мне так проще будет тебя согнуть в бараний рог. Завтра девять дней, как нет у меня доченьки. Во время ты явился, паскудыш.

Сегодня я тебя порву, мразота, а там уж и к девочке моей уйти мне будет нестрашно. Это ведь ты ее убил, сучонок. Ты, да выродок твой. Ну и мамуля любимая подсуетилась. Куда ж без нее. Так ты передай ей, что деньги, которые она перечисляла на внучека ни разу в жизни ею не виденного, целые все лежат. Пусть утрется, старая выдра. Не отмолит она греха то, в аду для нее персональная сковородка греется.

Ну, ничего, все получите по заслугам. Ублюдка в детдоме сгноят. Я бы давно его сдал, да Ларке обещал, что не брошу. А тут, вроде, само все выйдет. Ну а ты… В общем, хорошо, что пришел.

– Вы сумасшедший, – прохрипел я, глядя на опустившегося полковника полиции, начальника районного ОВД, бывшего когда – то небожителем. – Вините всех вокруг, только признать не желаете, что во всем этом сами же и виноваты. Это ваша заслуга, господин Сопотов.

Сделали дочь несчастной, я то уж пофиг. У меня шоколадно все. Теперь пацана гробите. Сука вы.

– Да, я сумасшедший. Обезумел, сбухался, превратился в говно, с твоей легкой руки, сучонок. Ты влез в наш мир, жалкий бесперспективный ублюдок, в котором тебе не было места. Я действовал в интересах моей семьи.

– В своих интересах ты действовал, старый черт, – зло оскалился я. – Ломал всех через колено, а теперь строишь обиженку.