Когда зацветут розы

Александра играла на фортепиано сонату Гумеля, мадам Нагель давала указания. Стефания слушала и не слышала – пыталась представить маман, но образ ускользал, терялся в прошлом. Она видела залы старого Несвижского замка, высокие окна с тяжелыми портьерами, длинные коридоры, большое озеро, но лица матери вспомнить не могла.

Дверь открылась. На пороге стояла мадам Уоллес.

– Мадемуазель Радзивилл, за мной. Немедленно.

Александра застыла на полутакте. Стефания задрожала, побледнела и не оглядываясь выбежала в коридор.

Классная дама придирчиво осмотрела ее с головы до ног. Белая пелеринка, бантик у шеи, волосы зачесаны назад и уложены в тугой узел, нарукавники до локтей, передник. Все как всегда аккуратно.

– Лицо умой и щеки разотри, а то бледная слишком. Скажут, что извели тебя. Надень салоп, капор и спускайся вниз. Мария Федоровна изволили карету прислать.

– Зачем? – одними губами спросила Стефания.

–Твоя маман приехала, – снисходительно ответила Уоллес. – Государыня разрешила свидание.

Дальнейшее Стефания сознавала смутно – звук льющейся воды, путающиеся ленты капора, полы накидки, мешающие подняться на ступеньку, сиденье, обитое вишневым бархатом, шум улицы… Мир жил привычной жизнью, но для нее время замерло.

Карета остановилась под сводчатыми арками подъезда. Девушка увидела руку в белой перчатке, красный обшлаг, широкую золотую полосу на брюках, шагнула вниз, отдала кому-то верхнюю одежду и затерялась в громаде Зимнего.

Стефания шла по анфиладам сквозь теряющиеся в вышине проемы дверей, мимо колонн, прекрасных ваз и картин и не видела ничего.

– А вот и наша Стефани?. Проходи, ма шери. Мы уже заждались.

– Государыня…

Девушка присела в глубоком реверансе. Она так и не подняла глаза. Боялась, что увидит маман и ничего не почувствует, не узнает ее, а еще хуже поймет, что совершенно ей не нужна.

– Глазки-то подними, чего понурилась? Бледная какая… Смотри, кто у меня эн визите.

Императрица сидела на диване, обитом розово-золотистым штофом. Синий цвет верхнего платья оттеняли белые кружева и растительный орнамент лифа, в разрезе низа под полупрозрачной тканью с золотыми вкраплениями фалдилась жемчужная атласная юбка.

Стефания перевела взгляд, пытаясь осмотреться, от волнения руки стали влажными.