Ведунья

Он притянул того, кому я могла бы передать свою силу. Это совершенно другой мир, отличный от привычного тебе. Здесь пока нет твоей семьи и близких людей. Там, откуда тебя притянуло, все забыли о тебе. Увы, таковы правила мироздания для сохранения равновесия. Ты не сможешь вернуться. Прости, я понимаю, что это тяжело, но другого пути нет.

Она стала пристально на меня смотреть. Может, ожидала, что я закачу истерику?

– Наш мир не так уж и плох. Тебе здесь понравится. Ты сможешь найти друзей и любовь.

Конечно, не всё будет абсолютно радужно. Но точно не скучно. До того как передать дар, я посмотрела будущее своей преемницы, поэтому знаю, о чём говорю. И, наверное, как ты уже догадалась, эта сила связана с видениями прошлого и будущего людей. Скорее всего, нужно ещё что-то о себе рассказать… Ах, да! Я называю себя Ведунья от слова «ведать», ведь моему глазу открывается невидимое для других. Кроме этого, я отличная травница и обладаю даром чувствовать каждое растение. Эх, жаль, что у меня нет времени для твоего обучения. Но я совершенно точно знаю, что ты справишься!

Я слушала её и не могла понять: это какая-то сказка или она сошла с ума? Такого просто не бывает! Не могут люди жить четыреста девяносто лет… Ну не могут же! Однако после я вспомнила картинки, которые пронеслись у меня перед глазами, и с ужасом предположила, что это всё может оказаться правдой.

Странно только, что реагировала я на эту ситуацию в целом не так эмоционально, как могла бы.

У меня не было истерики, слёз или чего-то подобного. Может, Катарина какую-то травку успокоительную добавила в отвар?

Было странно и не понятно, а ещё страшно. Но ко мне медленно стало приходить осознание, что это правда, что Катарина не соврала ни словом. Я больше никогда не увижу своих родных. Ни маму, ни папу, ни сестрёнку…

О, боги! Как же хорошо, что у родителей есть моя сестрёнка. Значит, у них всё будет хорошо. Расстраивало только, что они не будут меня помнить.

Хотя, может, это даже и к лучшему. Они не будут переживать из-за меня, просто продолжат жить дальше.

По лицу скатилась одинокая слезинка.

– Я и правда в другом мире? – на всякий случай переспросила я.

Катарина кивнула и, взяв чашку в руки, начала пить маленькими глотками.

– И что мне делать? Я ведь ничего не знаю об этом мире! Как я буду жить? Я, по сути, ещё ребёнок, мне всего девятнадцать. Я не умею работать и зарабатывать себе не жизнь.