Без прощального письма

 – Теперь за сто лет не разгребешься! За всю мою жизнь такого… никогда! Куда мы идем?

Куда мы идем? Любимая тема старшего поколения. Куда мы идем и на кого страну оставить.

Ошеломленная Илона стояла столбом, не веря глазам. Разгром!

– Что за документы? – спросила не сразу.

– Вот тут указано, – Агния Филипповна кивнула на наклейку на ящике. – Середина прошлого века, пятидесятые примерно. Вырезки из прессы, литературный клуб «Оракул», общество «Знание»… Не понимаю!

– Директор знает?

– Я тебя ждала.

Надо сказать. Иди и скажи.

– Дверь была открыта?

– Да она же не закрывается, замок заедает, я сто раз говорила!

– Помню. Пойдемте наверх, Агния Филипповна. Дать валидол?

– У меня есть. Пошли!

Илона помогла ей подняться…

…– Что? Документы? Украли? Что за документы?

Директор Максим Петрович оторвался от экрана компьютера и взволнованно уставился на Илону. Худой, с выпуклыми голубыми глазами за линзами круглых бухгалтерских очков и седыми остроконечными усами «а-ля Дали».

Шевелюра пышная, тоже седая, кудри торчат в разные стороны. Давно пенсионер, но работающий. Человек неплохой, правда, нудный, многословный, трепетно относящийся ко всякой бумажке и протоколу, к тому же всегда опасающийся начальства.

– Середина прошлого века примерно. Ничего особенного, часть материалов продублирована в центральном архиве. Не думаю, что на самом деле украли.

– А что же тогда? Как вы объясните произошедшее ЧП?

– Хулиганство, наверное.

Вандализм. – Илона хотела добавить: «Кому эти бумажки нужны?» – но промолчала.

– Вандализм? В стенах музея? Украсть краеведческие материалы… неслыханно! Что именно там было? Надеюсь, вам известно содержимое ящиков?

Илона пожала плечами:

– Материалы и личная переписка членов литературного общества «Оракул», газетные вырезки, посвященные местным культурным событиям, постановления всяких органов по культуре.

Знаете, я думаю, ничего не украли, а просто опрокинули ящик.

– Просто опрокинули ящик?! – Директор был потрясен. – Для вас это просто? С какой целью? Кто посмел покуситься на музей, на святая святых, на последний бастион культуры среди всеобщего падения нравов и упадка образования?

– Я же говорю, вандализм, – скучно повторила Илона. – А может, случайно ящик упал и перевернулся, вот бумаги и рассыпались. Не знаю.