Лев с ножом в сердце

 – Я все время задаю себе вопрос, какого черта я путаюсь с тобой? От твоего бизнеса за версту несет криминалом. Ты – приличная женщина? Нет, Иллария, ты неприличная женщина. И жестокая. Тебе уничтожить человека ничего не стоит. Смотри, нарвешься на своего, как говорила моя бабка. И папарацци твой – убийца! Скользкий, сомнительный тип.

– Может, ты влюблен в меня? – спросила Иллария хладнокровно.

– Если бы! – ответил он, не удивившись. – Тогда можно было хотя бы понять. Так что же ты ей сказала?

– Я ей рассказала, что будет, если она не передумает.

Она от огорчения бросила в меня сумкой. Настоящим Луи Вюиттоном. Но потом согласилась, что была неправа. И взяла свои слова обратно, и мы снова дружим.

– Знаешь, Иллария, чем больше я наблюдаю за тобой, тем чаще задаю себе вопрос: зачем тебе это нужно? Это грязь, неужели ты не понимаешь?

– Веня, это бизнес, а не грязь. Как сказал один неглупый политик: правильная политика – это грязная политика, равно как и секс. Или бизнес. Эта дрянь, моя подруга, с позволения сказать, ни дня в жизни не работала, путалась с кем попало, удачно вышла замуж.

Ленивое, жадное, развратное животное! Неужели ты считаешь, что я должна ее жалеть, если я могу заработать на ней? Я – рабочая лошадь, которая вкалывает днем и ночью, чтобы заработать себе на… сено. Или ты считаешь, что мне все легко достается?

– У тебя нет недостатка в поклонниках, – заметил адвокат. – И замуж зовут, уверен.

– Если бы я была похожа на мою подругу, я бы выскочила замуж… за кого угодно! Хоть за тебя!

– Упаси господи! – искренне отозвался Сырников.

– Да стоит мне только захотеть, Веня, и ты у меня здесь! – Иллария протянула к его носу сжатый кулак. – Понятно?

– Понятно, – вздохнул он. – О каких деньгах речь? Что ты на ней заработала?

– Я? На ней? – ненатурально удивилась Иллария. – Ничего, фигура речи такая. Имеется в виду, в принципе заработала. – Она, откровенно забавляясь, смотрела на Вениамина. – Напечатав снимок… Причем самый приличный. Один из многих.

– Значит, были и другие? И ты… ты… Все! Я ничего не слышал и ничего не хочу больше знать. Еще вина?

– Ты как девочка, Веня, нежный и трепетный. Достаточно, спасибо. За твое здоровье. И за наш союз. И вообще, за все хорошее! – Иллария легко коснулась бокала Вениамина краем своего – раздался тихий мелодичный звук. – Да брось ты, Венька, сам же спросил! – сказала она через минуту, глядя на хмурое лицо адвоката. – Не надо спрашивать, если боишься ответов.