Яд персидской сирени

Я!

«Чертов шантажист!» – озлобленно подумала Вера и сказала резко:

– Мы собираемся реорганизовать компанию – бизнес, как вам известно, идет не блестяще, многим придется уйти. Вы уже немолоды, дядя Витя, пора отдохнуть.

– Твоя мама никогда бы не позволила, – скорбно поджал губы дядя Витя. – Никогда! Она меня чрезвычайно ценила, у нее не было от меня секретов. Понимаешь, Верочка? Я был доверенным лицом твоей мамы… – Он значительно помолчал, потом добавил: – Даже больше!

– Секретов? – Сознание Веры уцепилось за неуместное словцо.

«При чем тут секреты? На что он намекает? На то, что был маминым любовником? Ну и мразь!»

– Мамы нет, – сказала она твердо. – Паши тоже нет. Пока. И я боюсь, что нам придется расстаться, дядя Витя. Ничего личного, просто бизнес. У вас хорошая пенсия, компания выплатит вам значительную сумму. Поймите, все когда-нибудь кончается.

– Я так не думаю, моя девочка, – веско сказал дядя Витя. – Ты многого не знаешь.

– Чего я не знаю? – выкрикнула Вера, желавшая лишь одного – прекратить пустопорожний разговор.

Она чувствовала себя выпотрошенной заживо, она схватила недопитую рюмку, опрокинула одним глотком.

– Ты ничего не знаешь! Возможно, настало время нам серьезно поговорить.

Он больше не улыбался, лицо его стало жестким, он смотрел на нее в упор. Вере стало страшно…

…Дядя Витя ушел через полчаса примерно. Сказал: «Не беспокойся, провожать не нужно, дверь я захлопну». Вера осталась сидеть за кухонным столом, невидяще уставившись на темное окно.

В голове остались лишь две мысли: «теперь все» и «судьба». Связанные намертво, они крутились заезженной пластинкой. Вера видела, как, покачиваясь, плывет черный блестящий винил… до сих пор где-то в подвале доживают старинная громоздкая дедова радиола «Латвия» и коробка пластинок; девочкой она любила рассматривать их, а мама рассказывала, что это за музыка.

Ей казалось, что где-то глубоко внутри она знала. Догадывалась, что это была не простая дружба, ах, сантименты, ах, воспоминания детства, ах, ностальжи! Как это называется? Грязный бизнес? Рэкет? Аферы? Вот на чем строилась империя отца! И этому достаточно достать из сейфа кое-какие документы, чтобы… «Надеюсь, до этого не дойдет, моя девочка, – сказал он.

 – Кроме того, твоя мама… мы были близки, она мне доверяла. Я был ее… как бы это поточнее… – Он мерзко хихикнул. – Я был ее конфидентом, духовником, так сказать, у нее не было от меня секретов.