Розыгрыш

 – вслух подумала я.

– Неважно. – Митяй махнул на меня рукой. – Главное другое. Деньги Старыгин перечислил на специально открытый счет в собственном банке. У них с режиссером был составлен договор с пометкой, что в случае форс-мажорных обстоятельств оставшиеся от съемок средства возвращаются на счет Старыгина. Убийство режиссера банкир справедливо посчитал именно форс-мажорным обстоятельством, и решил вернуть свои средства. И что бы ты думала, ему ответили операторы его банка? Что Немирович за неделю до смерти получил кредитную карту с пин-кодом и доступом в Интернет-банк, а наутро после его убийства деньги со счета через Интернет-банк были переведены в другой банк, находящийся за рубежом, на каких-то островах в оффшорной зоне.

Старыгин-то узнал об убийстве режиссера не сразу, только через пару дней, а денежки тем временем тю-тю, помахали ему ручкой. Как тебе расклад?

– Кто деньги перевел, тот и режиссера убил. – ответила я.

– Умница! – с чувством сказал Митяй. – Короче, поехал я к Валерке Толокно, это дело, как ты понимаешь, поручили ему.

Так вот, по словам жены Немировича, карточку с пин-кодом и со всеми паролями он всю неделю носил с собой, во внутреннем кармане рубашки. Даже дома ее боялся оставить. Вот для чего преступникам понадобилось его тело – видимо, сразу же, в темноте, конверт с карточкой не обнаружили, решили труп с собой взять, чтобы поискать на воле.

– Кстати, его тело нашли? – поинтересовалась я.

– На следующий день после «Прикола». – ответил Митяй. – В нескольких километрах от офиса, там, где шоссе выходит за черту города, в овраге нашли сгоревшую машину режиссера с обугленным трупом с ножом в груди.

Жена опознала Немировича по золотому кольцу с черным аметистом на безымянном пальце. Этот камень режиссер считал своим талисманом, и носил не снимая.

– Но, раз в деле были замешаны такие деньги, круг подозреваемых резко сужается! – забыв даже о курице, воскликнула я. – Убить режиссера мог только тот, кто знал о деньгах!

– Естественно, теперь не надо подозревать всю съемочную группу, руководство телестудии, охранников офиса – короче, добрую половину города, знавшую о сюжете розыгрыша и месте съемок.

Осталось лишь узнать, кому режиссер или банкир поведали о полмиллиона евро, и преступник, считай, у нас в кармане.

– Постой, чего-то я не врубилась. – запротестовала я. – Почему это он в кармане у нас, а не у милиции? По-моему, мы договорились, что в это дело не влезаем.

– Так сегодня все изменилось.