Славянин

Твою ж ма-ать! Это надо так подставиться! Простой мухлеж тут не покатит. Тогда что? Думай, думай голова. Что там леший про тридцать шесть листков с дубового дерева говорил? Была не была. Хотел достать, да не тут-то было. Колдун вместе с другими персонажами катрана, как рентгеном изучали его телодвижения.

–Выпьем перед тем как играть? – Не то спросил, не то предложил Егор.

–Дело говоришь. Наливай!

Выпили морщась от сивухи, закусывая голимым луком. Монеты проиграны, пришлось играть кон на желание. Как и ожидал, снова проигрыш.

–Ну, желаю знать откуда ты такой взялся. – Осклабился добрый хозяин.

Посторонние отошли, сказка приезжего не для их ушей предназначена. Рассказал. А чего таиться, если обязан отдать желание. Между делом поднялся из-за стола ноги размять. Подмена колоды являет собой один из основных, а иногда и главных приемов шулера, поэтому не расслабляться самому, а наоборот, отвлечь партнера. Держа правую руку на бедре, Лихой прошелся около стола и дождавшись удобного момента, подменил карты листочками лесного господаря.

Глядь, а это уже и не листочки вовсе, а самые что ни на есть карты, от прежних ничем не отличишь. Ай, да леший! Ай, да сукин сын! Молодец! Ф-фух! Теперь поиграем. Освободился от старых карт.

–Ставлю душу против желания.

–Зам-метано! – воодушевился противник.

Дело пошло. После съемки карт, вместо того, чтобы положить нижнюю часть колоды на верхнюю, незаметно провел ее сверху последней и не останавливаясь, положил нижнюю часть в чуть выдвинутую левую руку, и в этот же момент наложил на нее верхнюю часть колоды.

В итоге карты колоды остались в том же положении, в котором были до съемки. Раздал. Не сильно напрягаясь выиграл кон. Колдун округлил глаза, но смолчал. У самого Лиходеева отлягло от сердца. Если бы проиграл – прощай душа.

–Фу-ух! Всегда знал, что бог всемогущ. – Подитожил Лиходеев.

–Не спорю, – согласился «мельник», добавив от себя. – Но черти расторопней.

Что сказать? Умозаключение имеет право быть. Лиходеев спокойно дождался пока напарник выцедил кружку местного самогона, хрустя заел послевкусие нечищеной головкой лука, отрыгнул, завоняв пространство у стола алкогольно-луковым духом, постучал пальцем по грязной столешнице, напоминая о себе.

Мутный взгляд главного алкаша мельницы сфокусирывался на смертном. А! Ну да! Он же ему желание в карты продул. Смотри-ка, тихушник какой? Молчит, слова не скажет. Ждет. Ладно, долги нужно отдавать. Спросил:

–Ну, и чего ты хочешь?

Лихой хмыкнул.