Славянин

Солнце на небосводе, проделав свой путь, зашло за стену ближайшей башни. Егор устроившись у окна, предавался невеселым думам. Опять в этом мире он один. Каким окажется берег, к которому судьба заставляет пристать?

Тяжелые шаги в коридоре, переключили все внимание на дверь. В комнату вошел боярин. Дорогая, плотная материя его вышитой рубахи, подпоясанной широким ремнем, украшенным серебром, всем своим видом указывала на значимость этого человека при княжеском дворе. Это, как погоны на плечах.

Глянул. И ты знаешь, перед тобой генерал. Встречая хозяина покоев, Егор поднялся на ноги, да так и остался стоять под пристальным взглядом собеседника.

–Зовут-то тебя как?

–Лихой.

Чего позывной, а не имя назвал, и сам не подумал, поправился:

–Это прозвище, имя Егор.

–Хм! Ну, рассказывай, каков ты сам, хвались, чему тебя Беловод успел обучить?

Внутренний мир молодого тела, соответствовал количеству ранее прожитых лет, а работа в разведке меняет суть любого человека.

В ход пошла заготовленная «легенда» о юном отпрыске боярского рода, а наводящие вопросы не могли сбить юный организм с заученных тезисов основной жизненной канвы. Не средневековому аборигену, было ловить его на мелочах. Все повествование выстроилось ровными рядами прожитых лет.

Боярин потянулся к чарке, повертел ее в руках, размышляя о чем-то своем. Изрек:

–Лихой! Лучше бы тебя Хитрым прозвали, или Лисом.

–Чего так-то?

–Объясню. Видать Беловод не удосужился про варну рассказать.

Мы, живущие на этой земле, даем имена не только по складывающимся качествам мальца, его очередности рождения в семье, иногда времени года, но и в соответствии с его варной. Все люди делятся на четыре варны – ведуны, витязи, веси и смерды. Так было спокон веков. Варна – уклад жизни, это место в миропорядке. Дитя рождается голым, но взращиваясь, может стать кем-то.

Брови Лихого удивленно полезли вверх. Ухмылка на лице подсказала боярину, что ко всем его речам отрок относится скептически.

–Ага. Навидался, знаю. Кто смердом рожден, ним и остается.

Показалось, что пронзительные глаза Милорада, заглянули в душу. Взгляд усталый, знающий о чем говорит. Он усмехнулся, а вместе с улыбкой подобрели и его строгие глаза, кивнув, продолжил говорить:

–Прав, но не во всем. Росичи – внуки Даждьбожьи, прямые потомки богов, а боги славянские, когда-то в давние времена тоже были людьми.