Золото в её крови

Никому не нужная, как и всё вокруг.

В нос тут же ударило волной невыносимой вони, напоминающей ту, что прошлым летом целую неделю доносилась до жильцов их дома со стороны подвала, в котором, как оказалось сдох старый больной пес, нашедший в душном сыром помещении свой последний приют. Но только в этот раз все было гораздо хуже.

Непроизвольно подтянув вверх воротник куртки и уткнувшись в него носом, Сид сделал несколько шагов вперед… и застыл на месте. Сердце камнем рухнуло вниз, а легкие забыли, как дышать, когда, немного привыкнув темноте помещения глаза уперлись в лежащее на сыром полу тело, кое-как прикрытое накинутой поверх него грязной тряпкой.

С трудом подавив испуганный крик, на налившихся свинцом ногах, он, откуда только взялись силы, доплелся до страшной находки и трясущимися руками сдернул тряпку.

Жесточайший спазм огнем охватил нутро. Не успев добраться до выхода, его вывернуло прямо там же, в двух шагах от начавшего разлагаться тела, в котором он, к своему ужасу, узнал отца.

Сид не помнил, как оказался снаружи. Очнулся он от громкого всхлипа, который, к его удивлению, оказался его собственным. Немеющей рукой он дотронулся до лица и вздрогнул, ощутив на нем влагу. Дрожь прокатилась по позвоночнику, когда уставшее сопротивляться сознание приняло обрушившуюся на него действительность, тяжелым камнем придавившую его к земле, на которой он сидел.

Продолжительный стон больше напоминающий рев раненого животного вырвался из груди, когда он понял, что произошло.

Рукавом размазывая слезы по лицу он вскочил на ноги. На смену горю пришла ярость. Они убили его отца! Выкрали из собственной постели беспомощного человека и бросили его умирать в этом забытом богом месте, как больного пса. Да как они посмели?! Неужели возомнили себя настолько неуязвимыми, что даже не подумали о могущих возникнуть последствиях, когда он узнает правду?

Руки самопроизвольно сжались в кулаки, которые он, в попытке избавиться от душевной боли, обрушил на ни в чем неповинные стены полуразрушенного строения, в надежде, что боль физическая принесет пусть небольшое, но облегчение.

Напрасно. Сбитые в кровь костяшки неспособны были отвлечь от чувства невыносимого горя, которое все разрасталось и разрасталось в душе заполняя каждый ее уголок, пока в поисках выхода не выплеснулось в безумном крике: «Будьте вы все прокляты!»

* * *

Яркий свет вынырнувших из-за угла фар на мгновение высветил силуэт стоящего на углу человека.