На берегах Серебряной Реки

Лепрекон задумался, и вскоре на его маленьком хитром личике расцвела улыбка:

– Я согласен пойти с тобой, Кейси Доннелли, но в обмен я кое-что у тебя попрошу.

– Все, что угодно! – закричал Кейси, слишком обрадованный согласием лепрекона.

– Отдай мне свою старую шляпу, и мы будем в расчете, – сказал лепрекон и гнусно захихикал.

Кейси до того обрадовался, что, не задумываясь, сорвал шляпу с головы. Он-то уж думал, что мерзкий лепрекон потребует у него дом, скотину или, не приведи Господи, его подвал с пивом! А ему всего-то и нужна была старая отцовская шляпа!

– Э нет, Кейси Доннелли! – сказал лепрекон, – Шляпу ты мне отдашь в пабе, после того, как я предстану перед всем честным людом!

– Дело твое, – пожал плечами Кейси, – однако нам пора в путь.

Скоро стемнеет, и в пабе меня все заждались.

И, посадив лепрекона на плечо, Кейси отправился в «Кобылу и Трилистник», а лепрекон болтал ногами, раскуривал свою трубку и мерзко улыбался.

А в пабе яблоку негде было упасть! Весть о том, что Кейси Доннелли, самый пьяный ирландец деревни, приведет в паб живого лепрекона, разнеслась по округе со скоростью пожара.

И стар, и млад пришли в паб, чтобы своими глазами поглядеть на чудо, и хозяин заведения, крепкий и огненно-рыжий Финн Макдоналд, не успевал считать выручку.

– Вот бы каждый раз этот пьянчуга Доннелли бахвалился притащить к нам в паб лесную нечисть, так нам можно было бы и работать раз в неделю, столько он выручки приносит! – обратился он к своей дочери Этне. Этна только собиралась рассмеяться, как вдруг глаза ее округлились, и звонким девичьим голоском она закричала на весь паб:

– А вот и Доннелли!

Все разом смолкли и уставились на Кейси, который важной походкой подошел к стойке.

Он сел на любимый стул, ударил по стойке шляпой, а с его головы соскочил самый настоящий лепрекон в зеленом костюме и деревянных башмаках с бубенцами!

Тут в пабе поднялся такой гвалт и шум, которого не слыхать было даже на свадьбе Патрика и Мэри, а уж они устроили знатный праздник! Все, кто стоял рядом, хлопали Доннелли по плечам, трясли его за руку и угощали выпивкой.

А лепрекон невозмутимо сидел на перевернутой пустой кружке и покачивал ногой в деревянном башмачке, наблюдая за происходящей суматохой. Наконец, к Кейси подошел тот самый путешественник и, качая головой, пожал ему руку.

– Вот уж не думал, что господин лепрекон свяжется с таким пьяницей как ты, – сказал он и слегка поклонился лепрекону. – Однако свое обещание я сдержу.