Богини Колизея. Любовь и кровь

 – Если кто-нибудь узнает, что я общаюсь с ланистой, то о тетушке можно будет уже не беспокоиться. Нашему роду и так будет нанесен смертельный удар!

– Ладно, – сдерживая рвущийся смех, Север перешел на драматический шепот. – Так зачем ему жонглерка? Хочет поставить номер «Красотка, раздирающая пасть льву»?

– С тобой совершенно невозможно разговаривать серьезно!

На сей раз гость рассердился не на шутку. Надувшись, он вяло поковырял остывшую рыбу, потом в сердцах отодвинул угощение и, сунув за щеку оливку, обиженно отвернулся, подчеркнуто внимательно изучая ближайший лавровый куст.

– Ну ладно, не злись! – Север кивнул рабу, чтобы тот подлил вина гостю. – Если хочешь, мы их позовем. В конце концов, без кровопролития теперь не обходится ни один праздник. И хоть я не любитель подобных зрелищ, но готов пойти тебе навстречу, если объяснишь, зачем эта девица тебе понадобилась.

Каризиан тут же бросил показное равнодушие, и, тряхнув головой, отчего растрепались тщательно уложенные волосы, азартно заговорил:

– Понятия не имею, зачем она ему нужна, но Федрина обещал заплатить.

Он даже готов частично возместить твои расходы. Понимаешь, труппа, к которой принадлежит гладиатрисса, сейчас не выступает, так что увидеть ее в деле негде, кроме как у тебя. Но поскольку сам он и не мечтает быть к вам приглашенным, то он попросил меня стать его ушами и глазами.

– Ну и чем эта девица так хороша, что ты ради нее несся как ошпаренный кот аж из другого города?

– Федрина говорит, что всем!

– И?.

. – Север игриво поднял бровь.

– Я имел в виду совсем не это! Она танцует на лошади, бросает ножи, стреляет из лука, владеет мечом и копьем – в общем всем! А в конце представления вызывает на потешный бой любого желающего. Приз победившему зрителю – пять тысяч сестерциев. Федрина сказал, что деньги обычно остаются у владельца труппы… Ну так как?

– Судя по твоему описанию, это нечто выдающееся! Интересно было бы посмотреть на нее поближе. Так ты что, хочешь, чтобы эта красотка подралась с кем-нибудь из моих гостей?! Ну, подумай, зачем мне побитый гость? Он никогда не простит мне перенесенный позор, и я наживу врага.

– Зачем же подвергать опасности друзей? – Чувствуя, что получит то, ради чего примчался из Капуи, Каризиан снова стал ленив, игрив и благодушен. – Выстави против нее кого-нибудь из своей охраны, хотя бы Марка. Нацепим на него костюм мирмиллона, и пусть она вокруг него попрыгает, потом он ее слегка пристукнет, и бой будет остановлен.