Мессалина. Трагедия императрицы

– А какая судьба постигла Ливиллу и дочь Сеяна? – Спросила она невпопад Макрона в то время, как он намекал Мессалине, что прекрасно знает, чем она занималась с Сеяном в тот проклятый визит к временщику.

Услышав заданный вопрос, гость поперхнулся вином и, поставив кубок на стол, зашелся в кашле. С трудом отдышавшись, ответил:

– Ливиллу отправили к матери, чтобы она наказала ее по своему усмотрению. Что касается дочери, то ее казнили вместе со всеми.

– Но ведь она была невинной девочкой! – Снова заступилась за дочь Сеяна Мессалина.

 – А как же римские законы?

Макрон внимательно посмотрел на девушку тем особым взглядом, от которого даже у бывалых воинов пробегал холодок по коже, но Мессалина не опустила глаз, только задрожала рука, которой она отщипывала ягоды от кисти винограда.

– Когда ее казнили, она не была девственницей.

– Но… – Не сдавалась девушка, невзирая на умоляющие взгляды матери.

– Еще раз повторяю: она не была невинной девушкой. Палач перед казнью лишил ее девственности, так что все формальности были соблюдены.

Значит, бедную девочку еще и изнасиловали! Перед глазами Мессалины пронеслись воспоминания о Квинте и потные руки Сеяна, лезущие к ней под тунику. В этом есть какая-то высшая справедливость, что дочь этруска поплатилась за ее бесчестье, только почему она не может порадоваться этому факту?

Между тем, размякший от вкусной еды, хорошего вина и близости юной красавицы, Макрон разоткровенничался с хозяйкой дома.

– Грядут большие перемены, – сообщил он доверительно Лепиде, поглядывая на полуобнаженную грудь Мессалины, – Апиката перед тем, как покончить с собой, отправила письмо принцепсу, из которого следует, что его сын Друз не умер естественной смертью, а был отравлен Сеяном и прелюбодейкой Ливиллой, его собственной невесткой, женой сына! Когда старик его прочтет, то впадет в дикую ярость.

Так что советую, дражайшая Лепида, во-первых, забыть этот разговор, а во-вторых, как я тебя уже предупреждал, быстро взыскать долги (если таковые есть) с друзей Сеяна, а то, боюсь, взыскивать будет не с кого. Или, нет, наоборот: сначала взыскать, а затем забыть. Ты меня поняла?

– Чего уж не понять? – Усмехнулась матрона. – Только мне взыскивать особо не с кого. Лучше я сразу постараюсь забыть. А какие у тебя планы? Как поживает твоя супруга?

– Отлично поживает, – ухмыльнулся понимающе Макрон. – Я ее оставил пока на Капри под присмотром принцепса. Думаю, что ей там самое место.