Аконит

Постучать? Попытаться открыть? Или… А что «или»?

Кора оглядела тяжелую дверь и почтовый ящик рядом. Раздумывать долго, к счастью, не пришлось: дверь распахнулась, выпуская вперед собачку и зевающего мистера Чендлера. Он мгновенно узнал девушку и после пары приветственных фраз пропустил ее внутрь.

Она метнулась вверх, по пути распахивая пальто. На третьем этаже из-за приоткрытой двери тут же показалось морщинистое лицо. Глухой и сиплый голос старухи догнал ее.

– Опять ты! Грешница! Дочь лалеты[17 - Лалета – искусительница, великая грешница, освободившая Хадса и предавшая Первого.

Ее имя обычно пишут с маленькой буквы, показывая свое презрение.]! – кричала она. – Как тебя Шаран носит! Совратительница, именем Первого, отстань от бедного мальчика!

– Кто дал вам право так говорить со мной? – возмутилась Кора, выпрямляясь. – И разве Первый не карает за пустую хулу?

– Пустую? Да по тебе видно, что ты грязная девка! Шарф красный напялила, перчатки! Губехи еще нарисуй! Лалетина посланница! Да снизойдут малахи, да ниспадет на твою голову…

– Миссис Мур, доброе утро! – Джон, вероятно, услышав громкие голоса, выглянул из своих комнат.

Его заспанные глаза щурились, на щеке остались вмятины от подушки. Он едва сдерживал зевки, а заметив Кору, принялся приглаживать растрепанные черные волосы. – Что-то случилось… кузина?

– Да… вроде того. Кузен. – Подыграть несложно, а так, может, вредная старуха отвяжется.

Джон нервно оправил синий халат, из-под которого выглядывали мятые брюки. Миссис Мур подозрительно озирала парочку, а затем заключила:

– Вы не похожи. Кровь не водица… Хотя с такими родственничками тебе следовало бы соблюдать осторожность…

И дверь захлопнулась.

– Прости, мне жаль. Она в целом неплохая, но… со своими странностями, – промямлил Джон, приглашая Кору зайти.

Кора передернула плечами, пытаясь избавиться от раздражения.

Оставалось лишь догадываться, как он умудряется уживаться с такой ведьмой по соседству. Та наверняка приняла девицу за грешницу исключительно из-за цвета волос – почему-то считали, что у лалеты были рыжие волосы.

Убедившись, что не произошло ничего ужасного, Джон ушел приводить себя в порядок, оставив Кору хозяйничать. Она сама заварила чай и достала печенье, удивляясь тому, как свободно позволяла себе лазать по чужим ящикам.