Костёр у дороги

– Выброси подальше, я не хочу его больше видеть!

– Как пожелаешь, мой друг! – Элис широко размахнулась и забросила ошейник на середину ручья. – Как ты себя чувствуешь? Мне кажется, или тебе уже лучше?

Её пальцы нежно коснулись его лба, щеки, шеи… Леонор извернулся и коснулся их губами.

– Шалунишка! – засмеялась девушка. – Вижу, вижу, оживаешь. Ещё немного – и в тебе проснётся здоровый наглый самец!

– Он уже давно проснулся… Я с трудом держу себя в руках…

– Ох, мужчины… Все вы одинаковые! Как только увидите хорошенькую беззащитную девушку – так и норовите попользовать!

– Беззащитная! – засмеялся Леонор.

 – Это ты-то беззащитная?

– Одинокая, бездомная… – с притворной грустью вздохнула девушка.

– Вероятно, он тоже так думал, – кивнул мужчина на труп гиззарда.

– Да, мне повезло, – лицо Элис неожиданно стало серьёзным. – Я попала в Школу Меченосцев Святой Лианны… Но могла вырасти на улице или попасть в гарем какого-нибудь вельможи. Моя мать – обозная шлюха. Она таскала меня за собой, пока не умерла от какой-то заразы.

К счастью, это случилось в Ландии, а я была достаточно юной, чтобы на меня обратили внимание эмиссары Школы. Десять долгих лет, лишённых детских забав и радостей, без родительской ласки и любви… Ты знаешь, что такое воинская муштра, но ты не представляешь, что такое виольское воспитание. Жёсткие правила, строгий распорядок, боль и страх, тяжёлый труд от рассвета до заката… Наверное, рабы на твоих вырубках жили лучше, чем мы в крепости.

– Так ты жалеешь о тех годах? – посочувствовал Леонор.

– О, нет! – с жаром произнесла девушка. – Я лишилась детских игр и развлечений, но зато приобрела силу, какой не обладает никто, за исключением моих товарищей «меченых». Не в обиду тебе будь сказано, но ты против меня – новобранец, едва научившийся держать в руках меч. Этот гиззард – котёнок. Он хотел съесть меня, и поплатился за это своей шкурой! – девушка весело засмеялась. – Я не боюсь никого и ничего!..

– Даже смерти?

– Смерть – ничто.

Это просто переход к другой жизни. Когда я умру – моя душа возродится в другом теле, и всё начнётся сначала.

– Наши жрецы говорят по-другому…

– Илларийские тоже. Но я поклоняюсь виольским богам и святым.

– Кому же?

– В первую очередь – Богине-Матери. Она начало всего сущего и прародительница всех людей. Она даёт и отбирает жизнь, вмешивается в судьбу человека, когда хочет испытать его или направить на правильный путь.