Наследие драконов

Мне и без них есть чем заняться.

Разводя огонь, я ждала ответа, но Тами молчала.

– Так-то лучше, – буркнула себе под нос и, встав, отправилась набрать воды в котелок, чтобы приготовить похлёбку из куропатки, добытую Филом.

Вернувшись, я занялась ужином, а Таминия всё так же сидела, задумавшись о чём-то своём, прижав колени к груди. На улице продолжала бушевать гроза, здесь же было сухо и тепло. Я уже успела разделать тушку и вскипятить воду, когда девушка, наконец, решилась ответить.

– Хорошо, я согласна, – тихим голосом начала она, не отводя взгляда от пылающего костра, – твоим первым вопросом было кто моя семья.

Так ведь?

– Да, что-то вроде того, – кивнула ей, закладывая в воду кусочки куропатки и добавляя соли.

– Мой род очень древний, – начала она свой рассказ, заглянув мне в глаза, и от этого взгляда стало не по себе, – и принадлежит он к расе драконов. Я будущий дракон, Рин, если, конечно, мне удастся его вырастить и поставить на крыло.

Подобного я точно не ожидала…

В костре по-прежнему потрескивали сухие дрова, похлёбка продолжала бурлить в котелке, требуя к себе внимания, а я сидела, уставившись во все глаза на Тами, пытаясь переварить услышанное.

Глядя на хрупкую фигуру и лицо, наивное выражение которого изредка вызывало умиление, мне с трудом верилось в сказанное ею: как-то по-другому я представляла драконов.

– Если ты дракон, почему же тогда не поджарила пятки тем разбойникам, почему не разломала клетку? – тихо спросила я.

– Это уже второй вопрос, – напомнила девушка о договорённости.

– Что ж, согласна, – кивнула, посчитав это справедливым. – Каков твой вопрос?

– Откуда у тебя шрамы на спине? – спросила она, наблюдая за моей реакцией.

– Эта история положила начало моей кочевой жизни, – передёрнув плечами от неприятных воспоминаний, произнесла я, начав свой рассказ, при этом изредка помешивая похлёбку. – Когда мне было лет десять, в нашей деревне остановился отдохнуть один торговец, державший путь в большой город, где планировал продать свой товар.

В то время я ещё жила у людей, которые, по их словам, нашли меня в младенчестве на берегу реки, правда, жизнью моё существование у них можно было назвать с трудом, но я терпела, не видя другого выхода. В тот день меня послали на рынок за свежей рыбой. Помню, как мимо проехал фургон с открытым пологом, поскрипывая колёсами, а в нём всевозможного товара видимо-невидимо. Толпа детворы, смеясь и присвистывая, бежала за ним, радуясь новому событию.