Тайна загадочной монахини

– Будя, будя, громыхать – то, – прокричал он, открывая засов, – чай не свою дверь ломаш средь ночи, щас отворю!

Продолжая бормотать: «. взыщу с басурман некрещенных за поломку задвижки. » старик отпер дверь, но, как только взглянул в узкий проем, пятясь задом, чуть не сбив ногой пустое ведро, в низком поклоне пропустил в хату поздних гостей.

– Милости просим, проходьте в хату вышеблагородье, не зябнуть же господам на ветру, – услужливо проговорил Афанасий.

Но когда гости переступили порог комнаты, где их осветила свеча, дед не удержался и бухнулся в ноги перед вошедшими – уж больно знатными господа выглядели, явно были не из уездных.

Стоя на коленях, с низко опущенной головой перед незваными гостями, дед Афанасий не подал виду, а между тем волна тревоги и сильного страха сковало его тело так, что он не мог пошевелиться, а лишь думал, о причине приезда необычных господ.

Когда Марфа вошла в горницу, с гостями случилось что – то непонятное.

Сначала они словно поперхнулись, потом замерли и, переминаясь с ноги на ногу, молча, как набрав в рот воды, смотрели на Марфу, словно на диво дивное, не в силах оторвать от неё глаз. Лишь с третьего раза прослышали Марфин вопрос:

– Чего изволите – с, господа?

Первый опомнился и вышел из столбняка высокий, с окладистой бородой господин, который, взяв Марфу под локоток, отвел подальше от деда в красный угол, под образа. Там он склонил к ней голову и стал что – то шептать на ухо.

Закончив разговор с бородатым, Марфа быстренько оделась. А затем собрала узелок со снадобьями и побежала за сестрой Анной.

Зачем приезжим нужна была и другая его дочь, находящаяся на сносях, дед в толк взять не мог. Наконец, пришли сестры и в сопровождении приезжих господ отбыли на карете из деревни.

А деду Афанасию было не до сна, нехорошие мысли лезли в его голову.

Не догадывался дед Афанасий, что не «басурмане некрещёные» приезжали к нему нынче в хату и увезли с собой дочек в темную ночь, а православные христиане, лучшие казаки – гренадёры, сопровождающие царскую особу из конвоя Собственного Его Императорского Величества.

Деревня Думрянь, где проживал Афанасий с дочерями, находилась в семи верстах от уездного городка Белева Тульской губернии. Экипаж всю дорогу трясло на ухабах, но особенно сильная тряска была на подъезде к городу – начались сплошные колдобины.