Бесконечно сильна

Интересно, как он получил их? Под глазами, если хорошенько присмотреться, были видны синяки. Наверняка следствие бессонных ночей. Пока я рассматривала парня, его взгляд становился всё сосредоточеннее, что говорило о степени серьёзности, с которой он подошёл к этому делу.

Когда пластырь был снят, Егор открутил колпачок и выдавил из тюбика небольшое количество мази.

– Руки я мыл, не переживай, – вдруг произнёс он, вызвав беглую улыбку на моём лице. Через мгновение пальцы Егора коснулись моей шеи, начав аккуратно распределять мазь по коже.

 – Выглядит не так страшно. Заживёт быстро.

– А у тебя от чего шрамики на лице? – не постеснялась спросить я, и Егор немного улыбнулся, не отрывая взора от моей шеи.

– Я был слишком активным ребёнком, – прохрипел он и посмотрел в мои глаза, закручивая тюбик с мазью. – Этот, – Егор указал на правый глаз, – когда мне было четыре года, я носился по комнате и, не наклоняясь, решил забежать под стол. Как видишь, не поместился.

Я не сдержала усмешки, а Егор улыбнулся.

– Надеюсь, что у тебя шрама не останется, – уже не так весело продолжил он, заклеивая рану свежим пластырем. Над Егором будто сгустились серые тучи, отчего он помрачнел.

– Эй, ты чего? – спросила я, бегая глазами по красивому лицу парня. Тот последний раз провёл пальцем по моей шее, прижимая пластырь, и посмотрел в мои глаза. Несколько секунд он молчал, будто подбирая слова.

– Сегодня во сне я видел, как он перерезал твоё горло, – произнёс он и вдруг взял в ладонь мою шею сзади, словно обнимая.

Его большой палец робко поглаживал мою кожу. Я же замерла. Егор делал паузы, подбирая слова: – На моих руках была твоя кровь, и я проснулся с ощущением того, что ты пострадала из-за меня. И, Алис, оно меня не покидает. Понимаешь?

Его глаза, словно в испуге, бегали по моему лицу. Моё сердце начало сжиматься, а внутри выросла необходимость утешить парня. Ничего не отвечая, я обвила руками шею Егора, крепко прижавшись к нему. Широкая грудь блондина соприкоснулась с моей, отчего я ощутила его усиленное сердцебиение.

Не у одной меня словно тахикардия. Егор обнял меня в ответ, крепко сжав в своих руках. Уткнувшись носом в мою шею, он иногда поглаживал меня большим пальцем, пока я утопала одновременно в блаженстве и сочувствии. Уже сейчас я ощущала между нами какую-то необъяснимую связь, поэтому не хотела, чтобы Егор чувствовал себя плохо.

– Я ведь не пострадала совсем. Это просто царапина. Пустяки, – сказала я, пытаясь успокоить блондина.