Ангел-хранитель

А может, он мне опять привиделся? Я ведь уже успокоилась немного – вот одна только зрительная галлюцинация и осталась.

На плите, переливаясь из турки, зашипел кофе. Я вздрогнула, быстро повернулась, сняла турку с огня. Очень хорошо – хоть каким-то краем держусь пока еще за реальность. Я выключила газ, перелила кофе в чашку, помыла турку, достала сахарницу…. Плиту потом помою. Нет, лучше сейчас – мне нужны успокаивающие обычные действия. Вот кофе сбежал – куда уж обычнее. Сейчас все уберу, приду в себя – он и исчезнет.

Я потом даже кофе пить не буду, спать пойду. Если засну, конечно. Нет, пока еще не пойду. Спать в темноте нужно – что-то мне в темноту сейчас не хочется.

Вымыв плиту и размешав сахар в чашке с кофе, я осторожно повернулась к окну. Стоит.

Медленно-медленно я протянула к нему руку – как раз до плеча пальцами и дотянулась. Плечо. Настоящее. Обычное. Человеческое. И свитер на этом плече – на ощупь обычный шерстяной свитер. Я только сейчас обратила внимание на то, во что он одет. Одежда у него была тоже какая-то … в глаза не бросающаяся.

Серо-синий свитер – точнее оттенок и не назовешь – без всякого рисунка и обычные джинсы. А тапочки у него откуда? Это же мои тапочки! Не мои, конечно – я их для Светкиного мужа купила. На тот редкий случай, когда у меня и девчонки, и родители собираются. Для папы, конечно, у меня в доме отдельные тапочки всегда приготовлены. Когда же он эти тапочки успел надеть?

– Татьяна, я тебе не кажусь, – вдруг произнес он тихим, странно знакомым голосом.

Где-то внутри меня лопнула последняя ниточка, за которую я кое-как цеплялась, чтобы не потерять окончательно связь с реальностью. Все. Полная галлюцинация: и зрительная, и звуковая, и осязательная. Картина четкая – диагноз сомнений не вызывает. И как всегда, когда нет больше места ни сомнениям, ни терзаниям выбора, я вдруг успокоилась. Даже развеселилась. Я ведь на него тоже пока не бросилась, за нож не схватилась, визжать не начала, слюной брызжа – значит, меня пока еще рано госпитализировать.

По крайней мере, до утра подождать можно. Почему бы тогда и не поболтать с плодом своего воображения? Это же – словно пьесу писать: и свои, и его фразы я сама буду придумывать. Это ведь – моя галлюцинация; значит, она должна отвечать мне то, что я хочу услышать. Может, вот так подсознание и подскажет мне, что же я все-таки хочу услышать в ответ на свои слова.

– Как ты сюда забрался? – Можно было, конечно, и пооригинальнее фразу придумать для начала диалога.