Дем Санд. Странствия меча

От неожиданности, тот чуть не всосал в себя ложку целиком, скосил глаза на нос и попытался попросту высморкнуть хвостик. Я не сдержала улыбки, которая, надеюсь, получилась достаточно ехидной, поскольку нельзя было забывать о своей роли.

– Ты че творишь, косоухий?! – справившись, наконец, и с ложкой, и с закуской, взвыл Армуф, даже привставая из-за стола.

– Просто стало беспокойно, не умерли ли Вы от восторга, – старательно изображая язвительные интонации в голосе, ответила я на Высшем Эльфийском.

 – Вам же не хочется так нелепо окончить свой здешний Путь и не получить остаток жалования?

Полуоборотень навис над столом, отчаянно сопя. Но в этот момент возле нас возник сам Савадалл Мурр, улыбчивый, любезный и предупредительный.

– Господа, к чему портить себе аппетит гневом и раздражением? – басовито проурчал кошколачень, прищурив желто-зеленые глазища. – Будет прискорбно и обидно, если вы будете вынуждены покинуть мою таверну до того, как вкусите суп настоящих мужей и наше фирменное блюдо.

Армуф встревожено уставился на него. Мурр был ниже урсолака, зато чуть не в полтора раза шире, при этом такой замечательно пушистый и полосатый, что хотелось потискать, словно обычного кота. Однако за обманчиво мягкой внешностью скрывался бывший борец, не боявшийся выходить в свое время даже против орков или чистокровных урсолаков. Поэтому в таверне на входе и не было вышибал, а посетители всегда вели себя прилично и старались не напиваться до зеленых свинок.

К тому же, будучи в дружных отношениях с гномами-оружейниками, кошколачень, по слухам, приобрел у них за сумасшедшие деньги справный огнестрел. Испытывать на себе навыки бывшего борца или боеспособность гномского оружия ни мне, ни Армуфу не хотелось. Да, и лишиться возможности приобщиться к обещанным шедеврам здешней кухни было бы тоже очень обидно.

–Ничего страшного, уважаемый Мурр, – решила я проявить разумную вежливость, не рискуя нарушить весь свой образ высокомерного вельможи.

 – Мы с провожатым глубоко восхищены делом рук вашего повара, и хотели бы передать ему нашу искреннюю признательность.

Савадалл еще сильнее сощурился, расплываясь в поистине кошачьей улыбке, заложил одну мохнатую руку за спину и поклонился:

– Приятно услышать похвалу из уст взыскательного гостя из далеких Княжеств.

По-эльфийски он говорил с легким муркающим акцентом, и желание погладить его круглую пушистую голову стало почти непреодолимым.