Предводитель Маскаронов

Всё как везде,– прошептал маленький кудрявый безработный искусствовед Сёма, принюхиваясь.

– Хаос жратвы и быта,– заметил фотограф Сладкий, потирая руки.

–И кто его только раскручивает? Кому это нужно?– удивлялся Сёма.

– И кто только эти фотки купит? Педрин, может быть… Ему для салона интимных причёсок лососина разверстая подошла бы…,– переживала профессиональная фуршетчица.

–Я бы такое и даром не повесил. Я и сам так могу- щёлк, щёлк в смазанном режиме,– ворчал фотограф Сладкий.

–Гавно, а не выставка, – сказал правду толстый мохнатый модный художник Ваня Стрижов.

В центр зала вышла хозяйка галереи, высокая увядающая красавица в гламурном костюме, из бывших манекенщиц в отставке, удачно вышедшая замуж за отечественного миллионера. «Искусство Бориса Махальского не нуждается в представлении. Мы все его знаем! Он занимает достойное место в артпространстве Петербурга. На этот раз он сделал серию фотографий «Образы и подобия».

Игорь Колесейчик, тяжёлым вздохом сопроводив поднос с тарталетками, переносившийся мимо него на заветный стол, скособочился и забубнил гнусаво в микрофон:

–Этот парень бегло говорит на английском и изучает японский. Опыт повторений его не только исключает, но и изводит из небытия «повторенное». Его фигуры, выглядывающие своими фрагментами среди кухонного быта, в пространство, зарезервированное художником, смогли бы рассказать, с чего всё это начиналось… Любая его работа достойна того, чтобы течь в глаза своим символическим значением, пропуская блики утаённых страстей.

–О, как достал!– ворчал журналист Саша, сглатывая слюнки.– Не обедал сегодня. Есть хочется!

–Он может трындеть часами, раздувать любую пустоту. За это его и ценят,– заметил Сладкий.

Хозяйка галереи, чуя нетерпение толпы, всё плотнее окружавшей фуршетный столик, с трудом завладела микрофоном из рук куратора Колесейчика и на подъёме воскликнула:

–А теперь приступаем к главному! Выставка открыта! А сейчас небольшое угощение… Фуршет!

Слова хозяйки галереи потонули в шуме и гаме, топоте ног, лязге посуды и звонах бокалов.