Боги как боги

Заложница обстоятельств

Всё бывает в первый раз. Иногда дебюту радуешься, иногда досадуешь, а порой мечтаешь, чтобы подобного в твоей жизни не было.

Вот Риту, например, в первый раз взяли в заложницы. И право пережить этот волнующий и редкий опыт она с удовольствием уступила бы кому-нибудь задаром.

Естественно, собираясь в банк с претензией, девушка закладывала как минимум два часа на очереди, всяческую бумажную волокиту и прочие задержки. С работы отпросилась до обеда, чтоб уж наверняка.

Но такого выверта никак не могла предугадать.

Грабить банк явились трое. Маски из чёрных колготок, чёрные спортивные костюмы, чёрные спортивные сумки, чёрные пистолеты (вряд ли спортивные). Юные смешные голоса, шаблонные угрозы. Сценарий ограбления – как в плохом кино. Выстрелы в потолок, запуганные посетители, пухлые дамы в окошках касс, с непривычной расторопностью выгребающие деньги для лихих молодчиков.

Все сидят тихонько, как мышки, скрючившись по углам. Один из бандитов пустился по кругу с мусорным пакетом, привычно и естественно, будто ещё вчера обходил со шляпой толпу зевак, обступивших уличных музыкантов.

В пакет летят телефоны, кошельки, ювелирка. Товарищи-грабители матерком подгоняют и парня с пакетом, и кассирш.

– Прошу прощения, это какое-то представление? – интеллигентным шёпотом осведомился привлекательный мужчина, подползший поближе к Рите.

– Тише, пристрелят! – прошипела девушка.

Мужчина покивал. Лицо у него было совершенно безмятежное, будто ему сделали замечание в библиотеке.

Ухоженный, гладко выбритый, с импозантной сединой на висках. На вид рассудительный, без всякой сумасшедшинки в глазах. Только одет очень странно: точно со съёмочной площадки фильма о Древнем Риме сбежал. Непохоже, чтобы под кайфом, хотя Рите ли, примерной девочке, о таком судить?

– Э, чмо в балахоне! Всё ценное в мешок! – ломающимся голосом потребовал юнец, дойдя до Ритиного уголка.

Девушка вжалась в стену.

Похоже, оригинал в тоге сейчас что-нибудь отмочит. А нет ничего хуже для заложницы, чем оказаться рядом с сумасбродом, готовым что-нибудь отмочить. Подростки, прячущие лица в колготках, вряд ли метко стреляют…

– Прошу прощения, – всё так же интеллигентно отозвался мужчина, – что вы считаете ценным?

Рита начала вспоминать «Отче Наш», чего не делала лет с семи, когда детские молитвы не спасли очень набожную, очень добрую, но очень больную бабушку.